Смысл анафемы

Протоиерей Максим Козлов22 февраля 2010 г.

В беседе с корреспондентом «Труда» смысл анафемы как высшей меры церковного наказания человека раскрывает священник Максим Козлов, настоятель Татианинской церкви МГУ, доцент Московской духовной академии, кандидат богословия.

Торжество Православия

– Видимо, отец Максим, разговор естественно начать с выяснения значения самого термина «анафема». Большая советская энциклопедия утверждает, что в христианстве это «церковное проклятие, отлучение от церкви». Так ли?

– «Анафема» – слово греческое, восходит к глаголу «анатифими», означающему «возлагать, предавать кому-либо что-либо». Анафема – то, что отдано, вручено в абсолютную волю, в абсолютное владение кому бы то ни было. В церковном же значении анафема – то, что предано на окончательный суд Божий и о чем (или о ком) Церковь уже не имеет ни своего попечения, ни своей молитвы. Объявляя кому-то анафему, она тем самым открыто свидетельствует: данный человек, пусть даже и именует себя христианином, таков, что своим мировоззрением и поступками сам удостоверил – к Церкви Христовой он не имеет никакого отношения.

Так что анафема – это никакое не «проклятие церковное», как вслед за Большой советской энциклопедией считают иные люди или безграмотно трактуют мирские СМИ; это и не отлучение от Церкви в светском понимании этого термина. Конечно, преданный анафеме уже не вправе участвовать в жизни Церкви: исповедоваться, причащаться, быть на богослужениях. Но отлучение от церковного общения, как таковое, бывает и без анафемы. По нашим канонам, тяжко согрешивший может на известный срок отстраняться от участия в церковных Таинствах… Поэтому анафема означает не просто отлучение, а свидетельствование Церкви о том, о чем виновный, со своей стороны, давно сам знал и был в том утвержден: его мироощущение, позиции и взгляды с церковными никак не совпадают, никак не соотносятся.

– Верно ли, что впервые все вероотступники были преданы анафеме в IX веке, после победы Церкви над ересью иконоборчества?

– Это не совсем так. Уже в апостольских посланиях говорится о предании анафеме тех, кто не исповедует Христа Сыном Божиим, считая Его всего лишь мудрым учителем нравственности или неким идеальным пророком. Святой апостол Павел писал: «Как прежде мы сказали, так и теперь еще говорю: кто благовествует вам не то, что вы приняли, да будет анафема». Анафемы объявлялись, конечно, и на Вселенских Соборах. Так, в IV веке был осужден пресвитер Александрийской церкви Арий, отрицавший, что Сын Божий во всем равен Отцу. В V веке такая же участь постигла константинопольского патриарха Нестория, ложно учившего о соединении Божественной и человеческой природы во Христе. Такие церковные суды были вплоть до VII Вселенского Собора, на котором были преданы анафеме иконоборцы.

В 842 году в Греческой Церкви в первое воскресенье Великого поста был впервые совершен праздник Торжества Православия в знак победы над всеми ересями, осужденными на Вселенских Соборах, и вообще над всеми нечестивыми антихристианскими учениями. Богослужебный чин этого праздника включал в себя, во-первых, провозглашение вечной памяти подвижникам благочестия, защитникам веры, во-вторых, провозглашение многолетия царям, патриархам и иным ныне сущим защитникам веры и, наконец, объявление анафемы главнейшим ересям и их носителям.

– Этот праздничный чин и сейчас совершается в нашей Церкви?

– В Неделю Торжества Православия («неделя» на славянском означает «воскресенье») этот чин полностью совершался у нас до большевистской революции 1917 года. И хотя никакого специального церковного постановления на сей счет не было, анафему перестали объявлять, чтобы не усугублять и без того враждебное отношение новой власти к Церкви. Данный чин в качестве общецерковного на сегодня не восстановлен, что представляется разумным, поскольку он конечно же нуждается в уточнении – применительно к нынешней церковной ситуации. Какой резон предавать анафеме несуществующих ариан или во многом отошедших от давних заблуждений преемников тех же несториан, если сегодня россияне буквально стонут от вакханалии враждебных Православию тоталитарных сект, псевдохристианских «учений» и лжехристов?

– К вопросу восстановления чина анафематствования мы позже обязательно вернемся, а пока хотелось бы поговорить об особо громких осуждениях в нашей церковной истории. Некоторые люди и сейчас задаются вопросом: не переборщила ли в свое время Церковь с отлучением Льва Николаевича Толстого?

– Признавая его одним из величайших русских писателей, Церковь вместе с тем не могла умолчать о религиозных заблуждениях писателя, ибо «молчанием предается Бог». Только не нужно представлять то событие по известному рассказу Куприна, с амвонов русских церквей анафема «боярину Льву» никогда не провозглашалась – это художественный домысел автора. В действительности же очень выдержанное Синодальное определение от 22 февраля 1901 года было свидетельствованием собственных взглядов писателя. Он к тому времени в своих религиозно-философских исканиях сам пришел и к отрицанию необходимости Церкви и ее Таинств – Крещения, Исповеди, Причастия, и к отрицанию основного постулата христианства – что Христос является действительно Сыном Божиим. Наконец, писатель дерзнул составить «Евангелие, изложенное Львом Толстым», в гордыне своей считая, что он лучше всех из живших на протяжении девятнадцати веков до него, лучше всех понял, чему учил Христос… «…Посему Церковь не считает его своим членом и не может считать, доколе он не раскается и не восстановит своего общения с нею…» – говорилось в церковном определении. Напомню, что Лев Николаевич незадолго до смерти был в Оптиной пустыни, но войти в келью старца так и не решился, а в дальнейшем уже оптинского старца не допустили к умиравшему писателю. Так что окончательным для него был суд Божий.

– А чем объясняется предание анафеме такой личности, как гетман Мазепа?

– Не только он, изменник Отечества, но и Гришка Отрепьев, и Степашка Разин были отлучены от Церкви не по вероучительным основаниям, а как враги государства. В те времена существовало принципиальное понимание «симфонии властей» – церковной и светской. Первая заботилась о нравственном здоровье народа, вторая – о безопасности государства и защите самой Церкви. Всякий, кто восставал против государства, восставал не только против монархии, но против Державы, на протяжении веков являвшейся оплотом вселенского Православия. В силу этого антигосударственные действия одновременно расценивались и как антицерковные, поэтому виновные в них подвергались и церковному осуждению через анафематствование.

– В последние годы за антицерковную деятельность были преданы анафеме бывший митрополит Филарет (Денисенко), бывший священник Глеб Якунин… Скажите, у них и у других столь же сурово осужденных Церковью людей в принципе сохраняется возможность возвращения в Дом Божий?

– Анафема – это не только свидетельство церковному миру о виновных, но и свидетельство, обращенное к ним самим, к этим несчастным, впавшим в прелесть, в гордое самоослепление людям: «Одумайтесь! Предельный возможный суд на земле о вас вынесен. Покайтесь в содеянном и вернитесь в отчий дом, в родную Церковь». Как ни странным это кому-то покажется, но анафема есть и свидетельство христианской любви к уже, казалось бы, окончательно заблудшим людям, анафема все-таки не лишает их путей к покаянию.

Чин анафемы с людей, глубоко раскаявшихся, отказавшихся от своих заблуждений, снимается, восстанавливается полнота их пребывания в Церкви, они могут вновь приступить к Таинствам, а самое главное – они опять получают возможность спасения. Единственное, что не может быть им возвращено, – это прежний сан.

– Интересно, а существует ли анафематствование в Римско-католической церкви?

– В Ватикане есть Конгрегация по вопросам вероучения, которая является правопреемницей печально знаменитой священной инквизиции, бросавшей в Средние века в костры еретиков по всей Европе. Хотел бы здесь же подчеркнуть, что Русская Церковь никогда не занималась насильственным искоренением ереси… Так вот, в нынешней ватиканской Конгрегации по вопросам вероучения периодически выносятся суждения и о конкретных лицах, и о конкретных направлениях религиозной мысли. Можно назвать ряд бывших католических богословов и религиозных воззрений (к примеру, «теология освобождения» в Латинской Америке), которые в новейший период были осуждены Ватиканом, что равнозначно преданию анафеме.

– В заключение просил бы вас, отец Максим, вернуться к проблеме восстановления общецерковного чина анафематствования в Неделю Торжества Православия…

– Думаю, что при обстоятельном и широком разъяснении православному народу, что же являет собой анафема, что такое свидетельство Церкви о заблуждающихся, восстановление этого чина имело бы серьезное значение для многих наших современников. В первую очередь для тех, кто под воздействием сектантской велеречивости стал считать, будто и впрямь допустимо быть одновременно православным и, скажем, саентологом. Или быть православным и состоять в какой-то одиозной протестантской секте, лидеры которой обманно говорят о себе – «мы вообще христиане».

Полагаю, что «перспектива» быть анафематствованным может удержать неразборчивого в духовном плане человека от опасного увлечения лжеучителями, а это в конечном счете окажется небесполезным и в целом для духовного здоровья народа. Насколько я знаю, такого мнения придерживаются многие священники и миряне.

Беседовал Александр Королев
Источник: http://www.pravoslavie.ru/smi/38122.htm

 


ТОРЖЕСТВО ПРАВОСЛАВИЯ

в Неделю 1-ю Великого поста,


О ЧИНЕ ПРАВОСЛАВИЯ


Торжество Православия совершается в первую Неделю (воскресенье) Великого поста. Оно было установлено в Греции в IX в., в память окончательной победы над врагами православия - иконоборцами. Учение о почитании икон, основанное на св. писании и утвержденное обычаем первых христиан, до VIII в. оставалось неприкосновенным. Но иконоборческая ересь, появившаяся в самой Греции, распространилась по многим странам. Церковь Божия подверглась гонению, большему чем от язычников. Более 100 лет лились слезы и невинная кровь истинно православных, которые боролись за право изображать на иконах Господа Нашего Иисуса Христа, Божию Матерь и святых, а также молиться им перед иконами. Этих православных заключали в темницы, подвергали мучениям и казням. Честные иконы и мощи святых сжигались.

После VII Вселенского Собора (787 г.), закрепившего почитание икон, наступило ослабление гонений, но только в середине IX в. были освобождены из темниц и заточения иконопочитатели и возвращены на прежние должности, а иконоборцам предложено было или оставить свое заблуждение, или прекратить церковное служение. Христолюбивая царица Феодора объявила: "Кто не чествует изображения Господа нашего, Пресвятой Его Матери и всех святых, да будет проклят!"

Избранный Патриархом Константинопольским Мефодий, установил тогда же особое праздничное богослужение. Православие было торжественно восстановлено на службе в Софийском соборе в Константинополе в первое воскресенье Великого поста, которое пришлось в 843 г. на 19 февраля. Так появилось празднование и особый чин, называемый Торжество Православия. В XII и XIV вв. эта служба была значительно дополнена за счет включения других текстов, изображающих главные догматы христианства. Эта служба представляет собой торжество церкви над всеми когда-либо существовавшими ересями и расколами. В нем утверждается не только православное учение об иконопочитании, но и все догматы и постановления семи Вселенских Соборов. Благославляются не только иконопочитатели, но и все живущие и отошедшие ко Господу в вере и благочестии отцев. Особое место в этой службе занимает чин анафематствования. Анафема** провозглашается соборно не только иконоборцам, но всем, кто совершил тяжкие прегрешения перед Церковью.

В России чин Православия введен в XIV в. и состоял из греческого синодика этого чина с прибавлением сначала имен "новых еретиков", как например, Кассиана, архимандрита Юрьева монастыря, и др., затем прибавились новые имена: Стеньки Разина, Гришки Отрепьева, протопопа Аввакума, многих расколоучителей и др.; всех анафематствований было 20, а имен до 4 тысяч. В конце XVIII в. чин Православия был исправлен и дополнен митрополитом Новгородским и С.-Петербургским Гавриилом; из него исключены были как множество имен, которым возглашалась вечная память, так и имена многих гражданских преступников и расколоучителей. В таком виде чин Православия был напечатан в 1767 г. Чин Православия совершался в кафедральных соборах после прочтения часов или перед окончанием Литургии на середине храма перед иконами Спасителя и Божией Матери, возлежащими на аналое. Чин был существенно сокращен в 1801 г., в нем перечислялись только ереси, без упоминания имен еритиков. Чин оставался без переработки до 1869 г., когда из него были убраны имена государственных преступников.

Чин содержал в себе чтение Символа веры, произнесение анафемы и провозглашение Вечной памяти всем защитникам Православия. Двенадцать анафематствований, как они провозглашались клиром от имени церкви до 1917 года, приведены ниже.

Двенадцать анафематствований


Отрицающим бытие Божие и утверждающим, яко мир сей есть самобытен и вся в нем без промысла Божия и по случаю бывает: анафема.

Глаголющим Бога не быти дух, но плоть; или не быти Его праведна, милосерда, премудра, всеведуща и подобная хуления произносящим: анафема.

Дерзающим глаголати, яко Сын Божий не единосущный и не равночестный Отцу, такожде и Дух Святый, и исповедающим Отца, и Сына, и Святого Духа не единого быти Бога: анафема.

Безумне глаголющим, яко не нужно быти ко спасению нашему и ко очищению грехов пришествие в мир Сына Божия во плоти, и Его вольное страдание, смерть и воскресение: анафема.

Неприемлющим благодати искупления Евангелием проповеданного, яко единственного нашего ко оправданию пред Богом средства: анафема.

Дерзающим глаголати, яко Пречистая Дева Мария не бысть прежде рождества, в рождестве и по рождестве Дева: анафема.

Неверующим, яко Дух Святый умудри пророков и апостолов и чрез них возвести нам истинный путь к вечному спасению, и утверди сие чудесами, и ныне в сердцах верных и истинных христиан обитает и наставляет их на всякую истину: анафема.

Отмещущим бессмертие души, кончину века, суд будущий и воздаяние вечное за добродетели на небесех, а за грехи осуждение: анафема.

Отмещущим все таинства святая, Церковью Христовою содержимая: анафема.

Отвергающим соборы святых Отец и их предания, Божественному Откровению согласная, и Православно-Кафолическою Церковью благочестно хранимая: анафема.

Помышляющим, яко православнии Государи возводятся на престолы не по особливому о них Божию благоволению и при помазании на царство дарования Духа Святаго к прохождению великого сего звания на них не изливаются: и тако дерзающим против их на бунт и измену: анафема.

Ругающим и хулящим святыя иконы, ихже Святая Церковь к воспоминанию дел Божиих и угодников Его, ради возбуждения взирающих на оныя ко благочестию, и ко оных подражанию приемлет, и глаголющим оныя быти идолы: анафема.

 

В феврале 1901 г. Св. Синод предал анафеме Льва Толстого, как проповедующего: "ниспровержение всех догматов Православной Церкви и самой сущности веры христианской."

После 1917 г. анафематсвованы: "творящие беззакония и гонители веры и Церкви Православной" (1918 г.), несколько священников "публично похуливших Имя Божие" (1959, 1960 гг.). В течение многих десятилетий после революции 1917 г. чин анафематствования был запрещен для соборного провозглашения, и чин Православия включал только поминовение усопших.

В последнее десятилетие были осуждены те, кто пролил невинную кровь ближних своих в 1993 г. Слова отлучения были произнесены тем, кто разделяет учения сект, "новых религиозных движений", язычества, астрологии и т.п. (1994 г.). Был отлучен от Церкви монах Филарет (Денисенко), который дерзнул наименовать себя "патриархом Киевским и всея Руси-Украины" (1994 г.). Архиерейский Собор 1997 г., после неоднократных увещеваний и предупреждений о бесчинном ношении иерейского креста после лишения сана, постановил: "Отлучить Глеба Павловича Якунина от Церкви Христовой. Да будет он анафема пред всем народом."

Предание анафеме не является проклятием, не является актом бесповоротно закрывающим путь к возвращению в Церковь и ко спасению. При покаянии и достаточных основаниях анафема может быть снята. Может быть она снята и после смерти. Важное значение для Русской Церкви имеет отмена анафемы старообрядцам в 1971 г.

Источники:
1. Православная энциклопедия. М., 2001, т.2

2. Общедоступные беседы о Богослужении Православной церкви. М., 1898

3. Как правильно обращаться с иконами. О грехе небрежения и об истинном благочестивом отношении к иконам.

4. Миниатюры чина Православия. Из книги: Л.Б. Сукина "Рукописная книга позднего русского средневековья": http://dll.botik.ru/Synodik

 


Анафемы. (Последование в неделю Православия).

Услышав сегодня грозное провозглашение врачества духовного, примем его при истинном понимании его, и, приложив к душам нашим, отвергнем искренно и решительно те гибельные учения, которые Церковь будет поражать анафемою во спасение наше. Если мы и всегда отвергали их, то утвердимся голосом Церкви в отвержении их. Духовная свобода, легкость, сила, которые мы непременно ощутим в себе, засвидетельствуют пред нами правильность церковного действия и истину возвещаемого ею учения.
Провозглашает Церковь (15):

«Пленяющим разум свой в послушание Божественному откровению и подвизавшихся за него ублажаем и восхваляем: противящихся истине, если они не покаялись пред Господом, ожидавшим их обращения и раскаяния, если они не восхотели последовать Священному Писанию и Преданию первенствующей Церкви, отлучаем и анафематствуем.

1) Отрицающим бытие Божие, и утверждающим, что этот мир самобытен, что всё совершается в нем без промысла Божия, по случаю — Анафема!

2) Говорящим, что Бог — не дух, а вещество, также непризнающим Его праведным, милосердным, премудрым, всеведущим, и произносящим подобные сему хуления — Анафема.

3) Дерзающим утверждать, что Сын Божий не единосущен и не равночестен Отцу, также и Дух Святой, — неисповедающим, что Отец, Сын и Святой Дух — един Бог — Анафема!

4) Позволяющим себе говорить, что к нашему спасению и очищению от грехов не нужно пришествие в мир Сына Божия по плоти, Его добровольные страдания, смерть и воскресение — Анафема!

5) Непринимающим благодати искупления, проповедуемого Евангелием, как единственного средства к оправданию нашему пред Богом — Анафема!

6) Дерзающим говорить, что пречистая Дева Мария не была прежде рождества, в рождестве и по рождестве Девою — Анафема!

7) Неверующим, что Святой Дух умудрил Пророков и Апостолов, и через них возвестил нам истинный путь ко спасению, засвидетельствовав его чудесами, что Он и ныне обитает в сердцах верных и истинных христиан, наставляя их на всякую истину — Анафема!

8) Отвергающим бессмертие души, кончину века, будущий суд и вечное воздаяние за добродетели на небесах, а за грехи осуждение — Анафема!

9) Отвергающим таинства святой Христовой Церкви — Анафема!

10) Отвергающим соборы святых Отцов и их предания, Божественному откровению согласные, благочестно хранимые истинно-православной соборной Церковью — Анафема!

11) Поносящим и хулящим святые иконы, ихже святая Церковь — для воспоминания дел Божиих и угодников Его, ради возбуждения к благочестию на них взирающих, и для подражания им — принимает, и называющим святые иконы идолами — Анафема!

12) Теософам, еретикам, дерзающим говорить и безумно учить, что Господь наш Иисус Христос не однажды на землю сошёл и воплотился, но множество раз воплощался; а также и софианам — отрицающим, что истинная премудрость Отца есть Сын Его Единородный и вопреки Божественному Писанию и учению святых Отцов, ищущим иной премудрости — Анафема!

13) Масонам, оккультистам, спиритам, экстрасенсам, чародеям и всем, которые не Единому Богу веруют, но бесов почитают и не Богу смиренно жизнь свою предают, но чародейным призыванием бесов, будущее стремятся узнать — Анафема!

14) Безумно утверждающим обновленческую ересь сергианства; учащим, что земное бытие Церкви Божией может быть основанным на отрицании истины Христовой и утверждающим, что служение богоборным властям и верность их безбожным повелениям, попирающая святоотеческое предание и божественные догматы и разрушающая всё христианство, спасает Церковь Христову; и почитающим антихриста и слуг его, и предтеч его, и всех приближённых его, как законную власть от Бога; и богохульствующим против новых исповедников и мучеников — Анафема!

15) Нападающим на Церковь Христову и учащим, что она разделилась на ветви, которые отличаются между собою своим учением и жизнию, и утверждающим, что Церковь не существовала видимо, но от ветвей, расколов и иноверий, должна соединиться во едино тело; и тем, которые не отличают истинного священства и таинств Церкви от еретических, но учат, что крещение и евхаристия еретиков достаточны для спасения; и тем, которые имеют общение с этими еретиками или содействуют им, или защищают их новую ересь экуменизма, под предлогом братской любви и объединения разделённых христиан — Анафема!

Источник: http://www.paraklit.org/knigi/Ispovednicheskye/anafemi.htm#aa3


Божественная Истина вочеловечилась, чтобы спасти Собою нас, погибших от принятия и усвоения убийственной лжи. Если пребудете в слове Моем, — вещает она, — то вы истинно Мои ученики, и познаете истину, и истина сделает вас свободными (Ин. 8, 31?32). Пребыть верными учению Христову может только тот, кто с решительностью отвергнет, постоянно будет отвергать все учения, придуманные и придумываемые отверженными духами и человеками, враждебные учению Христову, учению Божию, наветующими целость и неприкосновенность его.

Слово в неделю Торжества Православия

И к одним будьте милостивы, с рассмотрением, а других страхом спасайте, исторгая из огня (Иуд. ст. 22, 23).

Не сие ли самое, братия, совершает ныне святая Церковь? Некоторые из членов ее попустили объять себя тлетворному пламени ересей богопротивных; и вот она возвышает, как трубу, глас свой, и поражает их страхом анафемы, не даст ли им Бог покаяния к познанию истины, чтобы они освободились от сети диавола, который уловил их в свою волю (2Тим. 2, 25?26). Средство к исправлению, поистине, одно из самых действенных! Одна мысль, что подобные нам люди извергаются из общества верующих, вне которого нет и не может быть спасения, одна эта мысль невольно сотрясает сердце и приводит в движение чувство. Каким же страхом должен быть поражен тот, за кого другие должны так сильно бояться?

Тем прискорбнее, братия, для Церкви, что чувство спасительного страха, которое она старается внушить чадам своим посредством ныне совершаемого священного обряда, нередко обезображивается, а иногда, и совершенно подавляется другими предосудительными чувствами. Одни — надменные умом, или точнее, неразумием — стараются уничтожить в мыслях своих все, что в нынешнем обряде есть поразительного для заблуждающих, и представляют его праздным действием церковной власти, не имеющим влияния на вечную судьбу осуждаемых. Это — люди гордые, которые почитают себя превыше суда Церкви, в том ослеплении, что святилище их совести, — где стоит, возможно, мерзость запустения,… на месте святом (Мф. 24, 15), — есть единственное место, где должен быть изрекаем суд над их мнениями о вере.

Другие впадают в противоположную крайность: чувство страха при слышании анафемы, соединясь с чувством сожаления к поражаемым ею, превращается в их сердце в тайный ропот против мнимо-неумеренной строгости церковных правил. «Для чего, — мыслят таковые, — Церковь переменяет ныне столь сродный ей глас любви на проклятия ужасающие?» Это люди маловерные, имеющие слабость думать, что Церковь Христова может когда-либо поступать вопреки закону любви, составляющему главное основание всех ее правил и законоположений.

Нет нужды, братия, исследовать, есть ли между нами здесь кто-нибудь, питающий в себе то или иное заблуждение. Мы бы желали, чтобы сказанное нами было лишь предположением. Но всякий согласится, что это предположение весьма близко к действительности.

Итак, если не для искоренения, то для отвращения от вышесказанных заблуждений, вникнем в дух нынешнего обряда и покажем: 1) что суд, произносимый ныне Церковью, есть суд страшный: этим будет низложено легкомыслие тех, кто присутствует на нем без всякого чувства; 2) что суд, произносимый ныне Церковью, есть суд исполненный любви: этим будет успокоено маловерие тех, кто думает видеть в нем излишнюю строгость.

1. Суд, произносимый ныне Церковью есть суд страшный.

Как обыкновенно смотрят, братия, на того человека, который имел несчастье заслужить худое мнение в обществе? Одни презирают его, другие чуждаются, иные сожалеют о нем. Он сам почитает себя человеком самым несчастным. Некоторые не могут пережить этого злополучия. Так страшно общественное мнение!

Если же приговор всякого общества имеет такую силу, то неужели, братия, одна Церковь есть такое общество, приговором которого можно пренебрегать? Напротив, приговор Церкви для здравомыслящего человека должен быть гораздо важнее всякого, так называемого, общественного мнения уже потому, что Церковь есть самое постоянное, обширное и лучшее из всех обществ человеческих. Самое постоянное, потому что Церковь существует от начала мира и будет существовать до его скончания. Самое обширное, потому что члены Церкви Христовой рассеяны по всему миру, находятся во всяком языке, народе и племени (Апок. 5, 9). Самое лучшее, потому что она представляет видимое царство Божие на земле и служит приготовлением к вечному царству Божию на небесах. Пренебрегать судом такого общества значит — не иметь уважения к целому роду человеческому, грешить против человечества. А что значит грешить против человечества? Значит — быть извергом человечества!..

Таким образом, братия, если произносимый ныне Церковью суд представлять себе совершенно человеческим, то он весьма важен и страшен, поскольку есть суд и Церкви Вселенской!

Но не в этом только состоит важность приговоров, изрекаемых ныне Церковью. Она утверждается на основании еще более глубоком и более непреложном.

Что, если бы перед самым надменным вольнодумцем предстал, как некогда перед Иовом, Сам Бог и воззвал его к суду Своему (Иов. 40, 1-2)? Не растаял ли бы он в страхе от величия и славы Его? Одна мысль, что Творец призывает на суд тварь, заключает в себе все, что может быть для твари поразительного: суд Божий всегда страшен!

Но чей суд вершит ныне Церковь? Свой или Божий? Божий, братия, Божий!

Истинная Церковь никогда не присваивала себе никакой власти, кроме той, которой Она облечена от Божественного Основателя своего. Если Она произносит ныне анафему на упорных врагов истины, то потому, что так заповедано Ей Самим Господом. Вот собственные слова Его: если кто и Церкви не послушает, то да будет он тебе, как язычник и мытарь (Мф. 18, 17). Осуждаемые ныне преслушали глас Церкви, не вняли Ее увещаниям, и вот Она, следуя в точности словам Господа, лишает их имени христиан, извергает из недра своего, как язычников. Она связывает их на земле: но, в то же время, по непреложному суду Божию, они связуются и на небе. На них не налагается видимых уз, но налагаются — тягчайшие узы проклятия. Сомневаться в этом может только тот, кто не верит словам Господа, Который сказал: что вы свяжете на земле, то будет связано на небе (Мф. 18, 18). Итак, трепещи, упорный противник истины! Суд, на тебя ныне произносимый, есть, по своему происхождению, суд Божий!

И кто подвергается ныне осуждению? Не те ли люди, которые уже осуждены Самим Богом в Его слове? Осуждаются отвергающие бытие Божие и Его промысел.

Но не Сам ли Бог еще устами Давида нарек безумным того, кто говорил в сердце своем (только в сердце!): нет Бога (Пс. 13, 1). Осуждаются не признающие бессмертия души человеческой и будущего суда. Но не Сам ли Бог через Премудрого угрожает погибелью тем, которые говорили: Случайно мы рождены и после будем как небывшие: дыхание в ноздрях наших — дым, и слово — искра в движении нашего сердца. Когда она угаснет, тело обратится в прах, и дух рассеется, как жидкий воздух (Прем. 2, 2-3). Осуждаются почитающие ненужным для спасения рода человеческого пришествие Сына Божия во плоти. Но не от лица ли Божия говорит святой Иоанн: всякий дух, который не исповедует Иисуса Христа, пришедшего во плоти, не есть от Бога, но это дух антихриста (1Ин. 4, 3). Осуждаются противники царской власти. Но не по внушению ли Духа Святого написано Апостолом Павлом: нет власти не от Бога... Посему противящийся власти противится Божию установлению. А противящиеся сами навлекут на себя осуждение (Рим. 13, 1-2).

«Но некоторые приговоры, — скажет кто-нибудь, — не содержатся в Священном Писании». Скажи лучше, возлюбленный, что их там содержится гораздо более. Кто, — говорит Апостол Павел, — не любит Господа Иисуса Христа, да будет проклят! (1Кор. 16, 22). Какого заблуждения, какого нечестия не поражает это проклятие? Ибо с именем Господа Иисуса Христа соединены все добродетели. Значит, Церковь щадит еще слабые совести, когда поражает проклятием только некоторые явные и грубые ереси и преступления.

Итак, трепещи, упорный противник истины! Суд, на тебя ныне произносимый, по самому предмету своему есть суд Божий!

Следствия страшного суда сего откроются в полной мере за пределами этой жизни, там-то осужденные Церковью познают во всей силе, как тяжко проклятие невесты Христовой! Но и в сей жизни они таковы, что могут привести в ужас всякого, кто не совершенно закоснел в ослеплении ума. Ибо, представьте, чего лишается человек, подвергшийся анафеме? Он теряет, во-первых, имя христианина и становится язычником: потеря великая! Из древних христиан многие на все вопросы мучителей об их происхождении, звании, имени, отвечали: «я христианин». Так сильно дорожили они этим званием!

Вместе с именем теряется и вещь: подвергшийся анафеме уже перестает быть в союзе с таинственным телом Церкви, он есть член отсеченный, ветвь, отнятая от древа. Потеря величайшая! Ибо вне Церкви нет таинств, возрождающих нас в жизнь вечную, нет заслуг Иисуса Христа, без которых человек — враг Богу, и нет Духа Божия. Вне Церкви — область духа злобы.

В Церкви Апостольской диавол поражал видимыми мучениями тех, кто своими пороками заслужили отлучение от Церкви. Без сомнения, и ныне этот враг спасения человеческого не дремлет в погублении этих несчастных, и коль скоро лишаются они благодатного покровительства Церкви, властвует над их душой с той же свирепостью, хоть и не столь видимо.

Скажите, можно ли без ужаса представить такое состояние? Святой Златоуст оплакивал некогда несчастное состояние тех, кто перешел в будущую жизнь, не очистив себя покаянием. «Кто, — говорил он, — там помолится о них? Кто принесет за них жертву? Там нет ни священника, ни жертвы». Ах, подвергшийся анафеме, еще в этой жизни испытывает то несчастье, которое нераскаянным грешникам суждено претерпеть за гробом! Здесь есть священники, постоянно приносится бескровная жертва о грехах. Но отлученные не участвуют в этой жертве, их имя изглажено из списка верующих, Церковь не вспоминает о них в своем молитвословии, они — живые мертвецы!

Напрасно отлученный от Церкви успокаивал бы свою совесть тем, что и вне Церкви есть возможность заслужить милость Божию, и что милосердие Творца — беспредельно, и что во всяком народе боящийся Его и поступающий по правде приятен Ему (Деян. 10, 35). Так! В Боге нет лицеприятия, Он есть Бог христиан и язычников, воздает каждому по делам. Но именно потому, что в Боге нет лицеприятия, Он не может взирать оком благоволения на того, кто извержен из Церкви. Как? Бог по беспредельному милосердию Своему привил (см. Рим. 11, 24) тебя, как дикую ветвь, к животворной маслине — Иисусу Христу. Ты, вместо того, чтобы всеми силами держаться на ее корне и, впивая в себя сок жизни, приносить плоды правды, отломился своим суемудрием от этой маслины. И Небесный Делатель потерпит тебя в вертограде Своем? Не прикажет бросить в огонь? Где же будет Его правосудие? Его нелицеприятие? Не говори, что ты, находясь вне Церкви, можешь приносить плод добродетели. Где нет души, там нет жизни. Душа и Иисус Христос — только в теле и в Церкви, значит, ты, с твоими мнимыми добродетелями, мертв перед Богом. Все, что не от веры, грех (Рим. 14, 23), а у тебя, отлученный, какая вера? Разве бесовская (Иак. 3, 15). Язычник лучше тебя у Бога: он не был удостоен тех даров, какими пренебрег ты, он не был сыном Церкви, а поэтому и не будет судим, как преступный сын. «Еретики, — пишет святой Киприан, — думают, что Бог помилует и их. Не помилует, доколе не обратятся к Церкви. Кто не имеет Церковь матерью, тот не может иметь отцом Бога».

Но, если участь отлученных от Церкви так плачевна, то не нарушается ли отлучением их закон любви, повелевающий щадить заблудших? Отнюдь.

2. Суд, произносимый ныне Церковью, будучи судом страшным, есть вместе и суд любви.

Свойство каждого действия, братия, познается из побуждений к действию, средств, при этом употребленных, и цели, для которой оно предпринято.

Итак, что побуждает Церковь — эту любвеобильную мать, которая вседневно призывает на самых строптивых чад своих благословения Божии, — что побуждает Ее ныне изрекать проклятия?

Во-первых, необходимость указать падшим чадам своим ту глубину зла, в которую низринуло их суемудрие. Будучи терпимы в недрах Церкви, они могли бы успокаивать свою совесть тем, что заблуждения их не заключают еще в себе неизбежной гибели для их души, что образ их мыслей еще может быть совмещен с духом Евангелия, что они, по крайней мере, не так далеко уклонились от общего пути, чтобы их почитать уже совершенно заблудшими. Самолюбие их могло бы еще находить для себя пищу в том, что они, принадлежа к обществу христиан, думают, однако же, о предметах веры не так, как другие христиане. После сего, что оставалось делать Церкви? Именно то, что она делает теперь: поразить суемудрие ужасом и бесславием анафемы! Изводя на позор заблудших, Церковь тем самым отнимает у заблуждений прелесть особенной мудрости, которой они обольщают; поражая их именем Божиим, она отнимает надежду на безопасность; противопоставляя исповедание Вселенской Церкви суемудрию частных людей, обнажает ничтожность последнего. Пусть заблудшие продолжают питать, если угодно, свои заблуждения. Церковь не связывает их ума, но она сделала свое дело, указала им ту бездну, в которой они находятся, заранее произнесла над ними суд, который в случае нераскаянности постигнет их за гробом.

Таким образом, анафема есть последний предостерегающий глас Церкви к заблуждающимся. Но глас предостережения, братия, как бы громок он ни был, не есть ли глас любви?

Что еще побуждает Церковь произносить ныне проклятия? Необходимость предостеречь верных чад своих от падения. Известно, что заблуждения в устах и писаниях людей погибельных (Ин.17,12) имеют нередко вид самый обольстительный: все опасные стороны прикрыты искусным образом. Напротив, мнимо-полезные следствия их, которые существуют только на словах, изображены бывают со всей привлекательностью, так что ум простой невольно и неприметно соблазняется ими. Подробные ученые опровержения этих заблуждений — хотя и в них нет недостатка для знающих — были бы превыше разумения многих членов Церкви. После этого, что оставалось делать Церкви? То, что она делает теперь: выставить на позор заблуждения в их отвратительной наготе и, представив их гнусность перед очами каждого, поразить их проклятием.

Позволяй после этого, если угодно, воображению твоему обольщаться цветами, какими украшаются заблуждения. Церковь внушила тебе, какие ехидны скрываются под этими цветами, и она невиновна, если ты погибнешь от их яда.

Но, может быть, средство, употребляемое Церковью для вразумления падших и предостережения стоящих, слишком жестоко? Средство это — анафема. Итак, что же такое анафема? Анафема есть одно из духовных наказаний, самое последнее и потому самое тяжкое.

Произнести анафему на кого-либо значит отлучить его совершено от общества верующих, лишить всех преимуществ христианина, объявить человеком Богопротивным, осужденным, если не раскается, на погибель, и достойным того, чтобы все избегали его, как язвы. В этом смысле употребляет слово анафема Апостол Павел, когда говорит: кто благовествует вам не то, что вы приняли, да будет анафема! (Гал. 1, 9), то есть, смотрите на него, как на врага Божия.

Такое же значение слова анафемы находится у мученика Иустина (Отв. 21 к православным), святого Златоуста (Бесед. 16, на Посл. к Римл.), блаженного Феодорита (В толк. на 1Кор. 16, 22), Феофилакта и других Отцов Церкви. Таким образом, анафема есть, как мы сказали, самое страшное действие церковной власти: это в некотором смысле — казнь духовная, ибо подвергшийся проклятию мертв для Церкви. Но казнь эта не то, что казнь телесная. После казни телесной не воскресают для земной жизни, а после этой казни духовной всегда можно воскреснуть для жизни духовной чрез истинное покаяние.

Таким образом, анафема, даже как казнь, растворена любовью христианской. У отлученных не отнимается средство к покаянию: они в величайшей опасности, ибо лишены покрова благодати, но для них еще не все потеряно. Двери милосердия, столько раз для них напрасно отверзавшиеся, еще могут быть отверсты. Оставь заблуждение, обратись с искренним покаянием к Церкви, и она — не отринет молитв кающегося.

И как может Церковь отринуть их, когда в этом именно — в обращении заблудших — и состоит главная цель ныне изрекаемых проклятий? О ты, который соблазняешься мнимой строгостью церковных правил, ты — да не оскорбится твое самолюбие — и слеп, и глух. Точно таков! Иначе ты видел бы, как Церковь ныне со всеми чадами своими преклоняет колени перед Господом Иисусом, и слышал бы, как собственными заслугами Его умоляет, чтобы Он дал дух покаяния тем, кто за свою нераскаянность подвергается анафеме. Ибо, чем начинает Церковь ныне совершаемый торжественный обряд? Молитвами об обращении заблудших. Чем оканчивает его? Теми же молитвами. Уступая необходимости, как судья, она произносит осуждение, и, покорствуя любви, как мать, она призывает Духа Божия на осужденных. Проклятые могли бы пасть под тяжестью клятвы: и вот сила проклятия, так сказать, со всех сторон ограждена силами молитвы, чтобы первая действовала не более, чем нужно для спасения осужденных.

Итак, братия, вместо того чтобы пререкать настоящему суду Церкви и почитать его или недействительным, или чрезмерно строгим, каждый член Церкви обязан обратить ныне внимание на самого себя и рассмотреть свою совесть. Ап. Павел писал к Коринфянам: Вы ищете доказательства на то, Христос ли говорит во мне… Испытывайте самих себя, в вере ли вы... О нас же, надеюсь, узнаете, что мы то, чем быть должны (2Кор. 13, 3, 5, 6). То же самое, братия, имеет право сказать ныне и Церковь к некоторым чадам своим. Вы, маловерные или неверные, чада, вы ищете доказательств на то, Христос ли ныне говорит мною, когда я изрекаю анафему — не уклоняюсь ли я в этом случае от Духа Христова, Духа мира и любви? — Испытайте лучше самих себя, в вере ли вы?

В вере ли вы, когда не утверждены в той мысли, что Церковь, столп и утверждение истины (1Тим. 3, 15), никогда не может поколебаться в основании своем, которое всегда было и будет — любовь? В вере ли вы, питающие предосудительное желание, чтобы Церковь не возвышала более голоса своего для поражения заблуждений, когда враги истины едва не к небу простирают хульные уста свои, чтобы изрекать поругание и соблазны? Испытайте самих себя, в вере ли вы? (2Кор. 13, 5). Я для того и совершаю ныне торжество Православия, для того и провозглашаю исповедание Вселенской Церкви, чтобы вы рассмотрели свою совесть, сохраняется ли в ней невредимым залог веры, данный вам при Крещении, не нарушена ли целость его Богопротивными мудрованиями о вере, тем более, Богопротивной жизнью и делами постыдными? Испытайте самих себя, в вере ли вы? (2Кор. 13, 5). Когда вы будете укреплены в вере, как должно, когда одушевит вас дух истинной живой любви христианской, тогда, надеюсь, без всяких доказательств узнаете обо мне, что я то, чем быть должна — судия и мать, заступница пред Богом кающихся, и провозвестница суда Божия над нераскаянными.

Желаешь ли, христианин, яснее видеть, чего требует от тебя Церковь, призывая тебя ныне к участию в священном обряде, ею совершаемом? Внемли! Суд, произносимый ныне Церковью, есть суд страшный. Итак, не оставайся хладнокровным слушателем его, рассмотри со вниманием свою веру и свою жизнь, не падает ли, прямо или непрямо, проклятие Церкви и на тебя. Не ограничивай силы этих проклятий одними наглыми заблуждениями ума: греховная жизнь еще более заслуживает проклятия, чем неправая вера. Помни, что сказано Апостолом: Кто не любит Господа Иисуса Христа, да будет анафема! (1Кор. 16, 22). Но тот, кто ведет жизнь нечистую, очевидно, не любит Господа Иисуса. Итак поберегись, не поражает ли анафема эта и тебя, и твои грехи, твою нехристианскую жизнь.

Суд, произносимый ныне Церковью, есть суд страшный. Итак, христианин, убегай, насколько возможно, убегай тех людей, которые питают в себе заблуждения, осуждаемые Церковью; уклоняйся тех собраний и бесед, где проповедуется нечестие и рассеиваются неправые толки о Вере; смотри с отвращением на писания, в которых содержатся подобные суемудрия, старайся исторгать их из рук тех, кто подчинен твоему управлению.

Суд, произносимый ныне Церковью, есть суд любви. Итак, смотри на него очами любви, внимай ему слухом любви. Разделяй с Церковью ее молитвы о заблудших, не забывай упоминать о них в собственных молитвенных собеседованиях твоих с Богом, проси для них духа покаяния и смиренномудрия. Таким-то образом ты покажешь истинную любовь твою к заблуждающимся братиям твоим по человечеству, а не тем, чтобы противиться спасительной строгости церковных правил. Аминь.
Комментарии к главе «Анафемы».

Анафемы с 1-ой по 11-ю входят в чин недели Торжества Православия, совершавшийся Российскою православною церковию ещё до революции.

Анафемы 12-ая и 13-ая, вошли в чин недели Торжества Православия в РПЗЦ, в годы её рассеяния.

Анафема 15-ая была принята при митрополите Филарете /Вознесенском/, первоиерархе РПЗЦ.

Анафема 14-ая была издана в период катакомбной церкви в России. Принята Иосифлянской иерархией катакомбной истинно-православной церкви (ИПЦ). Является по духу и смыслу своему вероисповеданием ИПЦ, по отношению к сергианскому отступничеству.
Примечания.

(1) «Сочинения епископа Игнатия Брянчанинова». С.-П. 1886г. Т. 4. Стр. 78.

(2) «Символ веры» святого Афанасия Великого, патриарха Александрийского. «Псалтирь с восследованием».

(3) «Лествица». Сл. 1-е.

(4) См. «Житие преп. Ефрема Сирина».

(5) «Церковная история Флери», т. 2, кн. 27, гл. 28.

(6) «Церковная история Флери», т. 1, кн. 10, гл. 36, и кн. 11.

(7) Св. Игнатий Богоносец. «Послание 1-е к Граллианам.

(8) Св. Игнатий Богоносец. «Послание к Филипписеям».

(9) Свт. Василий Великий называет падшего духа родителем страстных плотских слабостей. «Канонник», «Молитвы от осквернения».

(10) «Преп. авва Дорофей». «Поучение о том, что не должно полагаться на свой разум».

(11) «Церковная история Флери», т. 1-й, кн. 10, гл. 42.

(12) «Лествица». Сл. 15-е, гл.49.

(13) Правило 6-е Лаодикийского собора».

(14) Флери, «История христианства», т. 2, кн. 20, гл. 24.

(15) «Сочинения епископа Игнатия Брянчанинова». С.-П. 1886г. Т. 4. Стр. 84.

(16) Свт. Иннокентий Херсонский. «Проповеди в Великий пост».

Вверх