Joomla модули на http://joomla3x.ru и компоненты.

Заимствования в языке и диссиденты русского языка

Заимствования в языке и диссиденты русского языка

Геннадий Колдасов, Русская народная линия

Конец мая и начало июня испокон веков - важное время для нашего народа в духовном, языковом и общекультурном смысле. В это время мы отмечаем такие судьбоносные праздники и дни памяти, как Святой Троицы, Духов День, святых учителей Кирилла и Мефодия, день памяти Дмитрия Донского, день рождения А.С. Пушкина, день рождения М.И. Глинки...

Все эти важнейшие события в русской истории вызывают в душе русского человека потребность отметить их достойными делами и добрым словом, соответствующими памяти наших духовных учителей и столпов русской словесности и культуры.

Роль и значение русского языка в жизни не только русского народа, но и в жизни всей России настолько велика, что наш русский язык есть общая святыня и ключевая опора нашей культуры. С годами для думающих людей важность и святость русского языка становится все более очевидной. Возрастающая агрессивность внешней среды обязывает нас не только чтить русский язык, но и защищать его от нечистоплотных политиков, кощунников и других деградантов.

Предлагаем вниманию читателей первую статью новой рубрики.

Вот уже около 20 лет идут жаркие споры между патриотами и либералами о статусе русского языка в современной российской культуре, о либеральной реформе русского языка, о словаре русского языка, о старом и новом в языке и о характере заимствований.

Примером либеральной позиции в указанном споре может быть статья Инны Юрьевой «Поговорим о старине», опубликованная в газете «СПб ведомости» 17.04.08 г. Характерно и начало статьи: « Сколько можно засорять русский язык иностранными словами: сплошные таймеры, лизинги, шопинги, пиарщики,- привычно проворчит интеллигентный петербуржец, упираясь взглядом в очередной рекламный плакат в вагоне метро,- Скоро по-русски говорить разучимся!» Но, как оказывается, профессионалы- филологи не слишком разделяют негодование обывателей».

Далее приводятся слова «профессионала-филолога» А. Горнфельда, которой, в понимании И. Юрьевой, уже не ворчит, как интеллигентный петербуржец, а уверенно вещает, как заправский либерал: «Борьба против иностранных слов может быть кой в чём и основательна, но и она в громадном большинстве случаев прежде всего невежественна... Чтобы неистовствовать против иностранных слов, надо прежде всего не знать очень элементарных, очень известных вещей, хотя бы того, какое множество заимствованных слов считается у нас коренными, народными русскими словами. Их уже нет в словаре иностранных слов, так они обрусели. Но они всё-таки чужие. Из чужеземного источника взял русский такие слова, как торг, лошадь, коза, кума, ябеда, хозяин, кочерга, казна, молоко; у варягов взяты - суд, корзина, кнут, якорь,; у немцев - плуг, меч, буква, блюдо, у татар - сарай, сундук, туман, товар. Селедка слово финское, топор - персидское, ватага - арабское, миска - греческое. Во всём обиходном словаре неразвитого простого человека едва наберётся тысяча слов, а в русском языке десятки тысяч заимствований, и это не много, а мало».

Разбирая бодрую речь «профессионала-филолога», можно заметить, что для того, чтобы противоречить самому себе, достаточно ограничится элементарными вещами и не замечать того, что бодрость речи не заменяет её логичность и доказательность. В своём выказывании Горнфельд приводит примеры обрусевших слов и утверждает при этом, что они чужие. Ему, прежде всего, важно не то, что слова обрусели, а то, что они всё-таки чужие, и что заимствований в русском языке не много, а мало. И в этом суть Горнфельда и ему подобных либералов: ратуя внешне за русский язык, они ратуют за то, чтобы утопить его в чужих словах и чуждой болтовне.

Для русского человека, чтобы считать слово своим, принципиально важно, чтобы оно обрусело, т.е. стало русским. Если слово обрусело, русский не может считать его чужим. Это просто- напросто глупо. Вот слово - «лошадь». Оно происходит от тюрского «алашак». Ни в русском, ни в украинском, ни в белорусском языке «алашака» нет. С другой стороны, слова «лошадь» нет в других языках, кроме славянских. Слово «лошадь» в принципе не может быть чужим, потому что его нет в чужих языках.

Русские в своём словотворчестве следуют естественному природную правилу: для того, чтобы продукт (в том числе, и слово) был усвоен русским человеком, он(оно) должен соответствовать естественным «энзимам» живого организма и должен ими быть переварен. В противном случае, он(оно) вызовет в организме либо отравление, либо расстройство. Русский народ суть живой организм, который хочет питаться и питать свой язык хорошо усвояемыми продуктами и вещами.

Нам же сегодня предлагают иностранные слова (обычно английские) глотать, не пережевывая и не усваивая их русскими «энзимами», русскими традициями и русской языковой матрицей. Глупо, например, навязывать русским такое слово, как «кастинг». В нашем языке давно бытует такое слово, как «каста». Естественен вопрос: «Кастинг это создание каст или касты, или всё же их разрушение?» Если же под кастингом имеется в виду демонстрация костей на подиуме, тогда надо писать «костинг». Русские категорически не желают сознавать свой словарь как беспорядочную кучу чужих слов.

Хотел того или нет, но Горнфельд при помощи Юрьевой, в основном правильно, выявил позицию диссидентов русского языка: им, прежде всего, важно не то, что слова обрусели, а то, что они всё-таки чужие, и что заимствований в русском языке должно быть не мало, а много. При этом границу допустимого заимствования они не определяют. Эти принципы заимствователей слов очень созвучны принципам обычных политических диссидентов: всё, что у нас - плохо, всё, что на Западе - хорошо; там всё давно придумали, заимствуй без оглядки и повторяй, как попугай.

Ещё совсем недавно диссиденты не уставали восторгаться западными продуктами: наша-то снедь через 3-5 дней портится, а их-то по полгода по году не портятся; во, качество! Восторгались - веселились; подсчитали - прослезились. Стало ясно через 10 лет и диссидентам, что различные химические искусственные добавки, генно-модифицированные добавки являются источниками различных аллергий, нарушителями иммунитета, особенно у детей, нарушителями обмена веществ и многих других заболеваний человека. Им пока ещё не хватает общей культуры, чтобы понять, что и слова чужих языков тоже могут быть генно-модифицированными и разрушительно действовать на языковую матрицу русского языка. Хотя, конечно, среди диссидентов есть и такие, которые совершенно сознательно запускают в русский язык ГМО-слова. Но такие «прогрессисты», чаще всего, называют себя не «профессионалами- филологами», а «культурными революционерами». При этом их нисколько не смущает тот факт, что ни одна революция в Европе не была созидательна, но всегда была разрушительна. В России только благодаря жертвенности и самоотверженности простого народа удавалось восстанавливать разрушенное революционерами, в том числе и в культуре.

Ни так давно встретил на экране телеящика двух вальяжных дам, каждая их которых очень хорошо оттеняла особенности своей соседки. Рядом с ними был какой-то гривастый ибн-сэр ближневосточной внешности. Они долго и с явным удовольствием смаковали похабные ГМО-слова, называя только первые их буквы и выражая надежду, что скоро все они юридическим порядком будут введены в словарь русского языка. «Культурный революционер» потому культурный, потому что его культура не даёт ему возможности представить себе русский язык без общечеловеческой панельной брани.

Судьба языка - судьба народа

Восприятие языка, его словаря, потребностей словаря и отношение к заимствованиям определяется не только текущим состоянием и нуждами языка, но также идеологическими, психологическими и эстетическими особенностями народа и отдельной личности, воспринимающими язык, как и внутренней и внешней, объективной и субъективной реальной языковой политикой и этническими давлениями различных диаспор. То, что политика и идеология очевидно влияют на психологию восприятия и отношение народа и личности к языку, в частности, простолюдина, интеллигента-петербуржца, профессионала- филолога, и журналиста, видно и из приведённых выдержек обсуждаемой статьи И. Юрьевой. Так она интеллигентного петербуржца легко относит к категории обывателей, а А. Горнфельда с его языковой позицией - к категории известных профессионалов- филологов, не смотря на его языковые вольности. Профессионалам-филологам следовало бы знать, что в русских предложениях, где опущен глагол «есть», на его место ставится дефис (селёдка - слово финское), а вводные слова « может быть» и «прежде всего» на письме выделяются запятыми. Я это привёл только для того, чтобы показать субъективность и тенденциозность восприятия и суждений о профессионализме журналистов, особенно либеральной закваски.

Кроме того, профессионалы-филологи и журналисты должны знать, что русским людям по природе не свойственно тупо без прилаживания слов к русскому языку заимствовать иностранные слова (такие как: лизинг, облизинг, боди-билдинг, бо-дибилдинг и т.п). Тупое заимствование свойственно, чаще всего, лицам прозападного и лакейского толка. В отличие от них русские не сваливают тупо иностранный словесный мусор в русский словарь, а встраивают прежде посторонние слова в русский язык, в свои конструкты. Пример тому - упомянутое выше слово «лошадь», оно содержит в себе фонемы «о» и «д», которых нет в исходном «алашаке». Слово «товар» тоже легко встраивается в фонетические слова и ряды русского языка: товар - повар-привар-узвар-увар-навар. Корень «вар» - древний корень в русском языке, приставки «при», «по», «на», «у» - тоже древние приставки нашего языка. Русским людям, к примеру, ближе и приятней слово «мокроступы», чем «калоши», а либералам наоборот «калоши», хотя последние по звучанию гораздо ближе к «калу», чем «мокроступы». Так что заимствование заимствованию - рознь.

Важность связи языка и человека, персональных его конструктов, мыслительных структур, духа, языка и культуры, слова и имени, в том числе и с родовым, хорошо и внятно показана в когнитивной лингвистике, в трудах известного русского философа и филолога А.Ф. Лосева, известного православного учёного о. Павла Флоренского.

А.Ф. Лосев пишет: «А то, что имя есть жизнь, что только в слове мы общаемся с людьми и природой, что только в имени обоснована вся глубочайшая природа социальности во всех бесконечных формах её проявления, это всё отвергать - значит впадать не только в антисоциальное одиночество, но и вообще в античеловеческое, в антиразумное одиночество, в сумасшествие». Здесь понятие «имя» имеется в виду, как «наименование», как «слово».

Отец Павел Флоренский утверждал, что «слово - орудие души, принцип и архетип культуры». Подобные мысли высказывал и К.Д. Ушинский.

Человек, если он - личность, не может быть относительно языка и культуры сторонним наблюдателем, просто прагматиком рыночных отношений и потреблений, послушным исполнителем модных и идеологических установок. Человек - личность есть неотъемлемая часть родного языка и культуры, сотворец своей культуры и языка, ответственный за духовное и нравственное состояние своего языка, за сохранность архетипического в языке и культуре.

Я понимаю, что для либералов и диссидентов русского языка ни А.Ф. Лосев, ни о. П. Флоренский, ни К.Д. Ушинский авторитетами в области культуры русского языка, познания русского архетипа не являются. Для них специально приведу мнение известного западного философа Мартина Хайдеггера: «Бытие через язык открывается «домом бытия духа»». М. Хайдеггер пользуется также такими понятиями, как «смыслы языка» и «духовные смыслы языка». «Духовные смыслы русского языка» содержатся в самом русском языке и русских словах. Они не содержатся в словах языка суахили, языка дагонов и словах языка англоговорящих. Поэтому бездумное некритическое внедрение в русский язык английских и других иностранных слов искажает « смыслы нашего языка», его духовное пространство и является преступным формализмом. Основные положения когнитивной теории подтверждаются экспериментальной психологией в области познавательных процессов.

Согласно когнитивной теории заимствованное родовое имя, например «Горнфельд» или «Чубайс» (у евреев, цыган, негров и некоторых других это часто бывает), располагает человека подсознательно к более лёгкому отношению к заимствованиям вообще и к тому, что, сколько бы заимствований ни было, их всё равно мало. Незначительность заимствований часто подсознательно и сознательно повергает рыночных потребителей и людей, склонных к копированию чужого, в «тихую брезгливость» к родному языку, а затем и в нетихую, и к жгучей потребности искусственных реформ русского языка.

Некритическое отношение к заимствованиям чужих слов и языков привело ветхозаветных евреев и евреев, переселившихся в Европу, к потере своей идентичности и достоинства, забвенью и утрате значительным большинством своего собственного языка, его смыслов и его духовного пространства сначала в пользу арамейского языка, затем - греческого, а позже - идиш. Идиш - это диалект немецкого языка, который к семитским языкам не имеет никакого отношения. Немецкий язык со всеми его диалектами относится к группе арийских языков. Евреи же изначально говорили на языке семитской группы. Сейчас, спустя несколько тысячелетий, евреи снова пытаются вернуться к коренному языку - ивриту.

Многие люди, после реальных деяний немецких, итальянских и венгерских фашистов, стесняются использовать такие понятия, как арии, арийские языки и арийская культура, несмотря на величественные её достижения в культуре Хараппа; таких памятников, как Рамаяна, Махабхарата, Веды; строений древнего Ирана, Эллады, Аркалака, империи Ашоки. Однако, нелепо заставлять Ариев нести ответственность за грязные дела фашистов, которые, не соответствуя духу арийской культуры, наглым образом пристроились к ней. Арии жили и творили свои величественные памятники за несколько тысячелетий до фашистского мракобесия в западной Европе. Сегодня, когда Европа превратилась в проходной двор народов мира, понятие «арийские языки» гораздо определённее, нежели понятия «европейские языки» и « индоевропейские языки». Например, «европейский» язык албанцев не принадлежит к группе индоевропейских языков, а тем более - арийских. То же справедливо и для языка басков, венгров, евреев, турок, а тем более для языков проживающих теперь в Европе негров, китайцев и других народов.

Судьба языка евреев - сложна и трагична. Но мы знаем, что и судьба самого еврейского народа тоже во многом - сложна и трагична. Он уже более 20 веков является разделённым народом.

Можно привести и другой пример разделённого народа, исторически легко относившегося к своему языку и своей азбуке. Я имею в виду азербайджанцев. До новой эры они принадлежали к иранской группе народов и говорили на языке иранской группы. В новой эре их несколько раз завоевали тюрки и тогда азербайджанцы перешли на один из тюркских диалектов. Забыли свою азбуку. Затем они пытались перейти на арабскую вязь. Русские помогли им создать своё государство «Азербайджан» и они усвоили алфавит на основе русской азбуки. Теперь, учитывая новые политические веянья, они делают попытку перехода на латиницу, хотя к латинской культуре они не имеют никакого отношения.

Надо заметить, что многие восточные языки фонетически весьма богаты, не случайно прежде у азербайджанцев было в азбуке 52 буквы. В языках абхазской группы число букв в азбуке доходит и сегодня до 70. Если в европейских языках существует один только звук «к», то в арабских языках звуков «к» бывает до трёх. Ясно, что, переходя с русской азбуки (33 буквы, с учётом же мягкого и твёрдого знака русская азбука выражает более 50 фонем) на латинскую (28), азербайджанцы не руководствовались потребностями языка. Ясно, что они новой реформой азбуки создают себе дополнительные лингвистические трудности в письменности, литературе и в вопросах воспитания молодёжи. Воистину, очень сложна языковая история азербайджанцев, но и сложна их судьба, как народа: вот уже 15 веков азербайджанцы - разделенная нация, потерявшая свой коренной язык: меньшая часть их живёт в Азербайджане, а большая - в Иране.

Можно также вспомнить цыганский кочевой народ, различные группы которого говорят на двух десятках языков, но который уже более 20 веков тоже не знает национального единства и своей государственности.

Смена языка для народа - событие катастрофическое, но и смена одной только азбуки также влечёт за собой большие и часто тяжёлые последствия для народа. Сербы и хорваты исторически - один народ, у них была одна многовековая история, они до сих пор говорят на одном сербско-хорватском языке. Но хорваты изменили славянской азбуке и перешли на латиницу, создали себе дополнительные трудности в написании своих слов (в латинице нет символа для выражения звука «щ», одной буквой там также не возможно передать звуки «ч», которых в сербско-хорватском языке два, и звук «ш»; в ней не возможно передавать на письме мягкие и твёрдые согласные и т.п.). Хорваты также не выдержали искушения католицизмом. Теперь сербы и хорваты - часто враждующие народы. Всё это я говорю для «попсовых» любителей заменять буквы кириллицы на буквы латиницы.

Сейчас нечто подобного хотят для себя «оранжевые» на Украине. Они активно экспериментируют с языком и верой: старательно наводняют украинский говор новыми английскими, немецкими и польскими словами, пытаются ослабить православную веру с помощью униатства и католицизма, искажают историю, противодействуют русскому языку везде, где только возможно и невозможно. Хотя знают, что русский язык к современному украинскому языку и бытованию большинства украинцев существенно ближе, чем польский, не говоря уже о немецком и английском.

Подобные антикультурные и антидуховные «ошибки» и выверты совершала российская аристократия, интеллигенция и «элита» (но не русский народ), когда пренебрегала русским языком, «сорила» в нём без удержу, стеснялась на нём говорить и переходила на иностранные языки общения: французский, немецкий, а теперь - английский. «Новая элита» рыночной поры нарочито демонстрирует свои симпатии к английскому языку и алфавиту: названия своих контор и фирм она хочет изображать на латинице, а свою речь обильно пересыпает английской тарабарщиной. При этом люди подобного типа пытаются рядиться в тогу высококультурных людей и профессионалов- филологов. Приведу пример одного такого любителя культурных революций, в том числе и в языке. Ему нужна такая культурная революция, которая понизит культурный уровень русского языка до уровня отборной панельной брани.

Естественно возникает вопрос: Нужно ли искажать свою языковую среду, её дух обильными заимствованиями чужих слов, азбук и языковых шаблонов, чтобы потом с большими трудностями и потерями пытаться вернуться к родному языку, к своей культуре и своим этническим корням, подобно евреям? Как минимум, такое поведение относительно своего языка, своего словаря, своей культуры умным не назовёшь.

Министр образования России первой половины 19-го века А.С. Шишков писал: «Я сожалею о Европе, но ещё больше о России. Для того-то, может быть, Европа и пьёт горькую чашу, что прежде, нежели оружием французским, побеждена уже была языком их».

Не лишне обратить внимание пишущей братии и на то, что перед польской интервенцией 17-го века московская «элита» увлекалась польским языком и культурой; перед французской интервенцией 1812 года - французским языком и культурой; а перед двумя мировыми войнами с немцами - более полувека немецким языком и немецкой философией. Теперь она остервенело увлекается английским языком и культурой?! До каких же пор?

Пока русский язык стараниями русских будет отличаться стойкостью, здоровым консерватизмом и национальным достоинством, - будет стоек и достоин уважения русский народ.

Имеющий ухо, да слышит. Имеющий око, да видит.

Профессионал-филологи и культурные революционеры

Претендующий на звание «известного профессионала-филолога» не мог не заметить, что борьба против иностранных слов, может быть, кое в чём и основательна. Но основательность этой борьбы его, похоже, не заинтересовала. Эта односторонность подхода ясно себя проявила в целом ряде его высказываний:
Его утверждение, что слово «молоко» в русском языке - заимствованное, сегодня либерально модно, виртуально и фантастично, но едва ли профессионально. Это слово бытует практически во всех славянских языках и в старо-славянском с незапамятных времён. В те далёкие времена не было международных языковых конференций, министерств культуры и «швыдких» либералов, которые могли бы обязать всех славян, проживающих на огромных пространствах, заимствовать слово «молоко - млеко» из какого-то постороннего неславянского языка. Кроме того, чередование корневых «оло -ле- ла- ля» является характерной естественной особенностью русского и других славянских языков. Слова «молоко, малако, млеко, мляко» есть не только в русском, но и в белорусском, украинском, чешском, словацком, польском, болгарский, сербский, хорватском, русинском языках. Указанные слова природно присущи славянским языкам и восходят они к далёким естественным арийским предкам.
Спорно также утверждение А. Горнфельда о том, что слово «казна» - заимствование в русском языке. Корень «каз» - древний корень в русском языке. О древности корня свидетельствует степень развитости его корневой семьи: указ, указующий, указка, указатель, приказ, приказчик, приказной, наказ, наказывать, наказание, отказ, заказ, заказчик, заказной, показ, казать, казаться, показуха, отказ, отказник, казначей, казенщина, казённый, казнь, казнить, казна, казак, казачек, казачество, проказник, кажись и др. По некоторым приведённым словам можно спорить, но ясно, что корень «каз» - русский. Иногда в различных языках встречаются фонетически близкие слова. Например. казна и Казань, или козак, казак и казах, но фонетическая близость не является доказательством заимствования. И по поводу происхождения слова «казак» существует, по крайней мере, не менее 5 версий.

В шведском языке есть числительное «тре», а в русском - «три». Швыдкий либерал тут же обрадуется и объявит, что русские заимствовали «три» у шведов. На самом деле ни русские не занимали у шведов, ни шведы - у русских. Русский и шведский языки являются потомками древнеарийского языка и у него они самостоятельно наследовали многие числительные. Этот вопрос уже давно решен в сравнительном языкознании. К древнеарийским языкам относится известный письменный язык «санскрит». Числительные на санскрите выглядят примерно так : эка, дви, три, четур, панч, шаш и т.д. Сравните с современными русскими: один, два, три, четыре, пять, шесть. Я говорю примерно, потому что в современных многих европейских языках некоторые древнеарийские фонемы утеряны, например, носовое «н», гласная фонема, напоминающая одновременно и «о» и «а»; фонемное сочетание «тх», украинское «г» и сочетание «хв» и «кв» сохранились в немногих языках.
Утверждение, что у варягов русские взяли слова «суд, корзина, кнут, якорь», тоже лишено научных оснований. Слово «кнут» - из германских языков, а не из варяжского языка. Варяги, строго говоря, к германской группе не относились никак и не относятся (см. Г.Д. Колдасов «Введение в русское обществоведение»). Ни один памятник не свидетельствует о том, что между варягами, с одной стороны, и вятичами, полянами, древлянами, другими русскими племенами, с другой стороны, был языковой барьер. Существовал языковой барьер между Ильёй Муромцем и русскими, и о нём в летописях сказано. Первоначально И. Муромец был нем и говорил на каком-то угро-финском наречие: либо на языке муро, либо мордовском. По другим конкретным случаям наличия языкового барьера летописи также сообщают, что персонаж был нем, т.е. не говорил по-русски. Почему немцы называются немцами? Не по тому, что они говорят руками, а потому, что не говорят по-русски. Сами варяги были в большинстве своём славянами, и они в летописях немцами никогда не называются. Собственно Рюрик, Трувор (Трувар) и Синеус были со стороны матери русскими, а со стороны отца - варами. Вары - славянский народ, занимавший земли на западе современной Польши. Отец наших варяжских князей был варским князем, за которого была отдана средняя дочь новгородского князя Гостомысла.
Слово «суд» было и в старославянском и в сербском и чешском языках, но сербы и чехи никакого варяжского господства и давления никогда не испытывали. Варягов в нашем историческом понимании в Сербии и Чехии просто напросто никогда не было. (см. соответствующие словари и монографии). Там могли быть только вары. Если брать другое, распространённое с древних времён в славянском мире с корнем «суд», слово «судно», то он тоже принадлежало и старославянскому, и сербскому, и чешскому, и болгарскому и другим славянским языкам.
Слово «суд» было известно и святым Кириллу и Мефодию, когда они создавали церковно-славянский язык. Они создавали его на базе македонского и болгарского языков, но никак не шведского или норвежского, и даже не варяжского.
Что касается слова «топор», то славяне его позаимствовали у скифов, а не у персов.
И. Юрьева в своей статье утверждает, что русский рубль может быть или от индийской рупии, или от арабского «руб», означающего четверть веса. Хорошо, что она не утверждает наверняка эту придуманную кем-то лингвистическую «раскованность». При этом она постоянно адресуется к авторитету «известного профессионала- филолога».

Она утверждает, что рубль составлял четверть гривны и, что мифом является то, что рубль рубили из серебряных прутьев. Я же предлагаю адресоваться к авторитету группы профессионалов- филологов, которые написали соответствующие статьи в «Энциклопедии» и «Этимологических словарях русского языка». В названных справочниках сказано, что рубль возник в 13 веке в Новгороде, как название половины гривны. Гривна - это слиток серебра, а не серебряный прут. Гривну рубили пополам и получали рубль. Не на четыре части, а - пополам. А это обстоятельство - явно против утверждений Горнфельд- юрьевской гипотезы и привязки рубля к арабскому «рубу» и четвертой части веса.

Кроме рубля в русском языке есть также слово «рубленный», вбирающее в себя слово «рубль». «Рубленный» - это не то, что имеет отношение к денежным и весовым единицам и не то, что имеет отношение к финансам вообще. «Рубленный» - это то, что разрубили. Понятие «рубленный» передаётся в русском языке именно рублесодержащим словом «рубленный», а не каким-то другим, как - то «рубаный», «рубный», «рубочный», или как-то ещё. Как видим, реальных серьёзных оснований для либерально-пореформенно- рыночных фантазий относительно рубля нет. И русский рубль имеет рубленное происхождение.

Позволительно спросить: « а как привязать персидский стихотворный размер « рубаи» к арабскому «руб» и к русскому рублю? Огорчу Юрьеву: не персы, в действительности, и не таджики заимствовали его у арабов, а наоборот - арабы у персов. И ещё: а посёлок «Руба» в Витебской области тоже заимствован у арабов или, в крайнем случае, у индусов?

Выше уже говорилось, что внешнее сходство слов не является доказательством родства. Корень «руб» - арийский корень, поэтому он естественно мог сохраниться в «санскрите» и в древнеиранском языке и в старославянском языке. Надо сказать, что арабы, или шире семиты, с своими языками и корнями к арийским языкам отношения не имеют. И сегодня корень «руб» также есть в итальянском, французском и во многих славянских языках. И все эти языки этим корнем обязаны не арабскому соседу, а своему арийскому общему предку? В арабских языках также много заимствований, в том числе из иранских языков и даже из варяжско-русских говоров, т.к. в 9 -12 веках варяги часто посещали арабские страны по Волге и Каспию. К примеру, название города Багдада имеет славянское происхождение. Слово «руб» в арабских языках, скорее всего, также есть заимствование.
В заключение статьи И. Юрьева приводит опять слова большого профессионала А. Горнфельда (похоже для неё найти другого более известного и авторитетного профессионала- филолога либо очень трудно, либо очень не хочется) : «Товар мелкого лавочника на 9/10 закуплен за наличные, товар большого магазина на ¾ взят в кредит». Здесь мы видит приятный для многих либералов торгово-закупочный подход в решении проблем. Далее он продолжает: «И потому, когда слышишь причитания о том, что русский язык переполнен иностранными словами, то прежде всего испытываешь тихую брезгливость и думаешь о том, что вопить и проповедовать легко, а творить трудно». «Тихую брезгливость» испытывает, а состоятельно доказать свои «смелые» утверждения не может. Спасибо ему, что он испытывал только тихую брезгливость, большинство либералов чаще всего испытывают громкую брезгливость к русскому языку и даже стесняются на нём говорить. Можно согласиться, что творить в России либеральную реформу русского языка трудно. А так хочется либералам, творящим культурную революцию, натворить побольше в нашем языке (см. также статью Е. Галимовой «Сам необыкновенный язык наш есть ещё тайна»).
Приведённые в статье И. Юрьевой аргументы в пользу доведения заимствований в русском языке до ¾ по А. Горнфельду, увы, на ¾ высказаны в «кредит», и не имеют доказательной базы. Печально, что солидная газета предпочитает серьёзным работам по этимологии слов русского языка фантазии и гипотезы пылких и тенденциозных либералов. Тенденциозность И. Юрьевой хотя бы в том, что она ссылается только на А. Горнфельда, на сказанное им ещё в далёком 1921 году, практически век назад. Тогда тоже бушевали либеральные и революционные страсти, в том числе и относительно русского языка. За прошедший век в этнографии и языкознании накоплено много новых фактов, и в наше время многие предположения почти вековой давности претерпели значительные пересмотры и изменения.

Здесь вспоминаются слова, сказанные императрицей Екатериной Великой, к стати не русской по крови: « Нет народа, о котором было бы выдумано столько лжи, нелепостей и клеветы, как о народе русском... Я имею честь быть русской, Я этим горжусь, Я буду защищать Мою Родину и языком, и пером, и мечом - пока у Меня хватит жизни...». Многие русские люди считают Екатерину Вторую - тоже русской, потому что она искренне обрусела.

Либеральная языковая реформа в России до недавнего времени проходила под девизом, озвученным А. Горнфельдом: « Сколько бы заимствований ни было, их всё равно мало».

Поэтому уже устоявшиеся слова в русском языке культур-революционеры срочно стали менять на заимствованные: согласие - на консенсус, самоубийство - на суицид, коробейника - на дилера, убийцу - на киллера, показуху - на имидж, терпимость - на толерантность, торговую лавку - на шоп и т.д.. Тем самым они не только пылко засоряли русский словарь излишним словесным мусором, но и искажали русские принципы словообразования и русскую грамматику.

Преступно пренебрегать русскими правилами словообразования и превращать русский язык в чукотско-английский. Это в чукотском языке убийца в лесу обозначается одним словом, убийца на льдине - совершенно другим, платный убийца - третьим, никак не похожим на первые два. Также - и относительно медведя: медведя на льдине, в лесу, у куста брусники и в зоопарке - это всё не похожие друг на друга слова. Странно, но профессионал- филолог против «очукчивания» русского языка с помощью английского не возражает. Его смело можно назвать «культурным революционером». Теперь, правда, ему уже трудно нам возражать, он умер. Но И. Юрьева ещё не умерла, но против «очукчивания» русского языка усердно не возражает, и даже наоборот.

Я не хочу сказать, что чукотский язык плохой, но он - другой, и построен по другим принципам и правилам, нежели русский. Судьба, история и место чукотского народа в мировой истории также совсем другие, нежели у русского народа.

Русское словотворчество

Уже говорилось, что существуют такие данности, как дух языка, дух культуры, и дух народа. Те, кому заимствований всегда мало, кто старается превратить словарь своего языка в помойный мешок, а на принципы словообразования в языке не обращают никакого внимания, он либо не чувствуют дух языка, либо дух языка им враждебен, либо он просто является тупым рыночным потребителем языка. Ослабление чувства языка и его духа напрямую связано с общим ослаблением религиозного чувства большинства населения. С ростом атеизма и сатанизма отношение к языку будет становиться всё более примитивным. Это можно и доказать, но для этого потребуется много места. Уровень развития языка связан с уровнем развития духовного чувства человека и народа к слову, и уровнем развития той веры, которую исповедует народ. Сначала было Слово и Слово было у Бога.

Журналисты весьма часто любят подчёркивать, что их профессия - творческая. Однако тупое некритическое заимствование иностранных слов и их тиражирование; замена русских слов русского языка на иностранные никак не является творчеством. Это тупое «попугайство», тупое подражание скорее свинство в языке, чем творчество.

К творчеству в языке относится словотворчество. Но словотворчество - это не тупое заимствование иностранных слов и их подобострастное распространение. Словотворчество в русском языке - это создание новых понятий и выражение их оттенков с помощью словообразовательных возможностей русского языка в духе русского языка, с помощью аффиксов, чередований гласных и согласных корня и многого другого.

Обсуждать заимствования рыночной поры нет смысла, потому что очевидно, что это - результат либерального умопомрачения. Но и либерально-интеллигентские заимствования более ранние - тоже не лучше. Возьмём, к примеру, слово «мотоцикл». Надо сказать, что это слово - весьма корявое и не удобное для произношения. С точки зрения русского словаря и русского словообразования это - бессмыслица, слово- ярлык, которое, строго говоря, можно наполнить любым содержанием. Им можно обозначить средство передвижения, но с не меньшим основанием - и унитаз, и гуляку и т.д. Слово «мотоцикл» не имеет смысловой логики в русском языке. С точки же зрения фонетико-смысловой слово «мотоцикл» может быть понято как то, что какой-то «мото» на кого-то «цикл» (прошедшее время от глагола «цикать»). Если кто-то на кого-то цикал, то из этого получится средство передвижения? В это могут поверить только чиновники от языка, либералы, «рыночные элитчики» и другие лица, не знающие и не чувствующие русского языка.

Кто-то скажет: критиковать легко, а что взамен? А взамен, естественно, русские слова. Ясно, что сейчас подразумевается под словом «мотоцикл», есть скоростное средство передвижения. Русский корень «скор» задействован в нашем языке в таких словах как: скорость, скорый, скоростной, ускорение, ускоритель, скороподвижный, скороспелка и др. Но в чистом виде он не задействован. Поэтому скоростное средство передвижения, которое сейчас обозначено чужим уродливым и длинным словом, можно назвать коротким и удобным русским словом «скор». Либерал может заметить, что есть и другие скоростные средства передвижения. Да, есть, но они называются по-другому. Они и раньше были, но они не назывались же все « мотоциклами». В любом определении конкретного предмета есть доля условности, в «мотоцикле» - тоже. Но слово «скор» естественно в русском языке и его не надо объяснять русским и даже русскоязычным людям, которые понимают и (или) хорошо чувствуют русский язык. А кто плохо чувствует наш язык, им всё равно проще запомнить короткое слово «скор», чем неуклюжее слово « мотоцикл».

Тоже самое можно сказать о слове «автомобиль». Используя подобные логические ходы, можно показать, что это корявое слово легко и обоснованно можно заменить на русское слово «быстр». Не «бистр», заметьте, а - именно «быстр».

Мы знаем сколько желчи и негодований было извергнута из западэнских и либеральных душ в начале 20-го века в адрес русских слов: «самолёт, лётчик, лётчица», а позже - « вертолёт». Им нужны были непременно: аэроплан, пилот, пилотисса, гелекоптер. Но русские слова в русском языке победили. И так должно быть всегда.

Не к лицу солидным газетам, журналам, интернет-порталам и телепередачам помещать на своих страницах либеральный лепет о необходимости заимствования иностранных слов и замены ими русских слов, не считаясь со словообразовательными принципами и возможностями русского языка.

Способы пополнения русского национального словаря

Словарь любого языка складывается в результате действия 5 видов приобретений и заимствований слов:

- естественные заимствования у языковых родителей и родственников (прямое наследование);

- образование слов по правилам словообразования в данном языке, с помощью приставок, суффиксов, окончаний, чередования гласных и согласных корня, с помощью ассоциативного переноса ( эти правила даны не для того, чтобы тупо и некритично заимствовать слова в других языках);

- творческое заимствование в результате культурного и политического общения;

- подражание, мода и «обезьянничанье»;

- принудительное заимствование через идеологические и психолингвистические воздействия и давления.

Заметим, что понятия «заимствование» и «наследование» ни в смысловом, ни в юридическом отношении не являются тождественными. В культуре языка, также как и в материальной культуре, существует очередность наследования: наследование 1-ой очереди, наследование 2-ой очереди и т.д., прямое и косвенное наследование.

Язык есть геном и душа народа, дом духа народа. И как геном человека передаётся от прародителей к родителям и от родителей к детям, так и геном народа передаётся от праязыка к последующим языкам, в нашем случае от арийского языка к старославянскому, далее - к древнерусскому и русскому.

«Заимствования» можно делать, а можно и не делать, но «наследование», как явление, - неизбежно, если не пресекается родословная языка. В сущностном и юридическом плане «наследование» нельзя называть «заимствованием». «Заимствования», а тем более тупое заимствование - «обезьянничанья» приводят к пресечению родословной ветви, к вырождению духа языка. Наследование русским языком от старославянского и арийского языков таких корневых семей, как : Бог, свет, плав, мать, дочь, сын, руб, суд-сужд, каз-каж, вет-вещ, молок-млек, род-рожд, во -вожд, колод- клад, колоб-клаб-клоб и многих других, никак нельзя считать заимствованиями. Это всё - прямое наследование.

В каждом языке существуют свои правила и способы словообразования. Они существуют для того, чтобы язык мог сохранять и защищать свою генетическую наследственность, свой дух и душу, свой геном. Если народ отвращают от творчества словообразования, а тем более под всякими предлогами запрещают им заниматься, называют народное словотворчество просторечьем, устарелыми или приниженными словами, то тем самым подобные «профессионалы- филологи» сознательно или бессознательно работают против естественного развития языка и совершают диверсию против генетики языка, его духа.

К примеру, народ назвал «приватизацию» «прихватизацией». Это и более точно по сути, и более по-русски. Но официальные власти, руководители СМИ, «профессионалы- филологи» этого не приняли, не пустили это слово в официальные словари живого великорусского языка, а английскую тарабарщину пустили. Официальные власти, руководители СМИ, «профессионалы- филологи» практически наложили табу на русские слова «вычислитель», «вычислительная машина», «вычислительная электронная машина, сокращенно - ВЭМ» и по команде заменили их в начале 90-х годов 20-го века английским тарабарским словом «компьютер», очень плохо фонетически соответствующей русскому языку и уху. Ну, ладно, «ком»- куда ни шло, но «пьютер» совсем вышел комом. Уж, если и говорить и писать, то правильнее говорить и писать «пьютер - ком». На «пьютере» язык спотыкается без всяких 100 грамм и хочет сплюнуть. Будем считать, что это первый языковой блин рыночных либерал-филологов. Кстати, по смыслу, без либеральных фантазий, «компьютер» значит « вычислитель», и не более того. Русское понятие «ВЭМ (вэм)» и точнее по смыслу, чем «компьютер», и фонетически удобнее, и короче.

Если вернуться к древнеарийским корням английских слов «cold» и «hold», то мы получим вполне понятные нам слова «голод» и «холод». Здесь мы снова видим свойственное и многим постарийским языкам корневое чередование « голод-голд-холд» и « холод -хлад-холд-колд». Тогда словесный рыночный штамп «холдинговая кампания» будет фонетически и сущностно осмысляться русскими людьми как «холодная или голодная кампания». Ассоциативные фонетические связи тоже надо учитывать, когда в язык вводятся или втаскиваются новые слова. Иначе можно оказаться в смешном положении.

Приведу ещё один пример творческого подхода к определению и уточнению понятий. Поверхностное заимствование из английского такого слова, как «паркинг», никак творчеством не назовёшь. Это скорее пример тупого восприятия смыслов русского языка. По содержанию «паркинг» это многоместный гараж для автомашин. Посмотрим, как это можно выразить и по-русски, и коротко?

Обратим внимание на известные русские слова, которые по смыслу пересекаются с многоместным размещением средств передвижения. Вот эти слова: стан, стойло, стойбище, загон (многоместное размещение средств перемещения: коней, буйволов, ишаков, коров, собак). По аналогии, многоместный гараж для автомашин (тоже средств передвижения) можно назвать либо автостаном, либо автостойлом, либо автостойбищем, либо автозагоном. Автостойлом можно называть сооружение под крышей, а автозагоном - место, огражденное забором.

Можно подойти к данной задаче ещё более дотошно. Существует много русских слов с суффиксом «ищ». Кроме названных выше, можно назвать ещё такие: кладбище, урочище, чудище, лежбище, гульбище и др. Слова «гульбище», «кладбище», «стойбище» содержат два суффикса, идущих друг за другом: «б» и «ищ». Другие, приведённые слова - только один: «ищ». Естественно спросить: какой смысловой оттенок придаёт суффикс «б» тем словам, в которых он есть, относительно тех слов, в которых его нет? Чтобы разглядеть и понять эти оттенки в словах, слова надо любить, смаковать их содержание и даже ими играться, смотреть на них с разных сторон. Если человек научится это делать, он увидит, что суффикс «ищ» придаёт предмету или событию ощущение значительности и грандиозности, а суффикс «б» - оттенок упорядоченности. Кладбище - это не место, куда просто свалили останки большого числа людей, а определённым образом упорядоченное, где есть дорожки, участки, могилки. Стойбище - это не просто место, куда беспорядочно согнали скот и людей, но где есть палатки, коновязь, загоны для другого скота, отхожие места и другие особенности. Это сегодня, при разгуле атеизма каждый веселиться, гуляет, пьёт, как хочет. А в те времена, когда возникло слово «гульбище», русские люди соблюдали определённый порядок: мужчины гуляли в одном углу поляны, женщины - в другом, а дети в стороне, но не далеко от женщин. И дозволено было каждой группе только своё, а что не дозволено, то быстро пресекалось. Гульбище в храме - это место для крестных ходов.

После этого историко-грамматического экскурса можно предложить новое русское слово для обозначение многоместного упорядоченного гаража: станбище. По крайней мере, рядом с этим сочным русским словом «станбище», связанным с другими русскими словам родственным смыслом и имеющем оттенок упорядоченности, английский ярлык «паркинг» выглядит очень жалким, тщедушным в русском языке. Кроме того, любому человеку, который любит русский язык, слово «станбище» будет и роднее, и понятнее и ближе, чем упомянутый выше английский ярлык.

Слово «гараж» тоже можно сделать более естественным в русском языке. «Гараж» - это тоже некоторое отгорожённое место для хранения средств передвижения: быстра, скора, машины. Мы видим, что нерусское слово «гараж» в фонетическом смысле не далеко ушло от русских слов «ограждение», «отгораживание». Слово « гараж» приобретёт более привлекательную русскую внешность, если его писать, как «гораж», или «гражд», или «граж», используя русские чередования гласных и согласных корня. При этом русский язык в смысловом и фонетическом плане никак не обеднеет и не пострадает.

К сожалению, в последнее время снижается творческая потенция русских людей, желание самим строить новые слова и очищать наш язык от словесных шлаков с помощью широких возможностей русского языка. Ещё в большей степени этот недуг поразил сейчас представителей так называемых «творческих» профессий. И простые люди и профессионалы в этом плане всё больше тупеют и ленятся, им легче и проще заимствовать, чем постараться придумать, сотворить самим что-то убедительное и короткое, что-то яркое и ясное. Их сердца и души черствеют относительно русского языка, они перестают любить русское слово, им любоваться и в него вникать. Они уже давно перестали замечать, что пора заменить « продовольственный продукт» русским словом «снедь», а «интеллигенцию» - «знатью». Строго говоря, «знать» - это не те, кто занимает высокое положение в обществе, а кто принадлежит к знающим людям. У глагола «знать» и у существительного «знать» - один корень. Те же, кто занимает высокое положение, в русском языке называются «вельможами».

Можно вспомнить, как в своё время прозападная интеллигенция боролась против таких, тогда новых, русских слов, сотворённых по русским правилам, как: мокроступы, лётчик, лётчица, самолёт, броненосец, вертолёт. Прозападной гнили не нужен был вертолёт, ей нужен был непременно «геликоптер»; ей не нужны были мокроступы, но, как воздух, нужны были «калоши». «Мокроступы» же - очень сочное слово, не вызывающее никакой двусмысленности в русском восприятии.

Приведённые выше примеры - это не только примеры брезгливости к русским словам, забвения, сознательного и упорного торможения русских способов и правил словообразования, но и примеры действия идеологических установок и давлений в языковой политике. Подобных примеров можно приводить ещё много.

Теперь приведу примеры творческого заимствования слов в результате культурного и политического общения русских с другими народами, достойно вошедшие в словарь живого великорусского языка: английский «герундий» русские гимназисты очень удачно ещё в 19-ом веке переделали в русское слово «ерунда»; западное слово « данс - танз» - в слово «танец», хорошо его украсив славянским суффиксом «ец» ( это и умней, и тактичнее по отношению к русскому языку, чем бездумное наводнение нашего языка холдингами, риэлтингами и бо-дибилдингами); в 1812 году русские крестьяне переделали французское « шерами» в русское определение французов-агрессоров «шаромыги», а горделивое «шевалье» - в хлёсткое «шваль»; тюркский клич « вур-ай», что значит «бей», в русское «ура» ( что можно понимать, как «удар русской армии», или « ураганная русская атака», или коротко - «знай наших»). Эти и другие примеры творческого подхода русских людей к словотворчеству можете найти в книге Василия Ирзабекова «Тайна русского слова».

Сегодня словообразовательное творчество в языке в заметной части подавлено масштабной пропагандой английского языка рыночной рекламой и в услужливых СМИ. Сегодня официальные профессионалы-филологи открыто пренебрегают русским словарём и его логическим строем, и вводят в него такие чужие слова как: байк, аквабайк, байкер, которые в смысловом отношение не имеют ничего общего с уже существующими в русском языке словами: байка, байки, бай, краснобай, баить и др. Все русские слова с корнем «бай» связаны между собой одним смысловым содержанием (болтать, болтовня, рассказывать небылицы), а приведённые английские слова - с совсем другими смыслами. Поэтому они грубо, бестактно вторгаются в русский словарь и наводят путаницу в смысловом содержание корня «бай». По-русски получается, что байкер - это любитель рассказывать байки, а вовсе не человек, который любит ошалело гоняться на «скоре» (мотоцикле). Было бы тактичней «байк» именовать «скором», «водобайк» - «водоскор», а «байкер» - «скорарь» (суффикс «арь» давно существует в русском языке, но он мало употребителен).

Можно только удивляться, с каким упорством либералы привержены словосочетанию «Грин пис». Не хотят говорить по-русски : «Зелёное движение», « Зелёный мир». Но, если «Грин пис», то его сторонник будет «Грин - писун», а сторонница - «Грин - писка»? Тогда всю эту либеральную словесную зелень убедительней можно обозначить, как «Грин пис-пис».

О подражании, моде и «обезьянничанье» в языке написано уже много. Частично сказано об это было и выше. Эти пороки и грехи рыночного мира - следствие языкового невежества, языкового вырождения части общества и враждебного отношения к языку явных и неявных диссидентов русского языка. Эти пороки в наибольшей степени присущи в среде бюрократов, «элиты» и по молодости и неопытности - молодёжи. Не буду сильно бередить эти застарелые раны российской «элиты», но для порядка и полноты изложения темы приведу ещё примеры.

Вот неполный набор современной словесной попсы: Тюнинг! Секс! Торчу! Фарэва! Это бой-френд для той бизнес-вумэн. Вау! Бо-дибилдинг и фи-тнес - май лав. Кастинг, лягу костьми. Хочу коттедж и пент-хауз, а, можно и пент-хаос. Ты - геймер, гей, гейдар, хакер, или юзер? Да, ты просто - гей-моррой. О-кей, или о,гей? Что получится, если соединить дайвинг с сайдингом, шопингом, консалтингом и поносингом в уик-энд? Прикольно. Пипл всё схавает, какие бы байки не рассказывал байкер.

Так думают и говорят преимущественно тинейджеры, пофигисты и ВИП-инфицированные элитчики.

Вредность и порочность словесной попсы и тупого заимствования чужих слов в том, что они противоречат первосигнальной системе и генетическому опыту человека. Происходит нарушение обобщающей способности человека в усвоении понятий, а через это и нарушение мышления. Можно заимствовать только то, что не противоречит русским принципам словообразования, смыслам русского языка, созвучно русской корневой понятийной основе.

Может ли к нам иметь уважение тот, кто нас поучает, обрабатывает нас дурной рекламой, нейропрогаммирует, навязывает нам свои словечки, обирает нас, продаёт нам третьесортный товар и генномодифицированную снедь и слова?

«Никакое гнилое слово да не исходит из уст ваших, а только доброе для назидания в вере, дабы оно доставляло благодать слушающим» ( Еф. 4, 29). Если человек не имеет веры в свой язык, если родной язык для него не святыня, он не имеет веры и в свою культуру и в будущее своего народа.

В заключение напомню либералам и либералозависимым журналистам содержание статьи 44 ч. 3 Конституции России: « Каждый гражданин обязан, заботится о сохранении исторического и культурного наследия, беречь памятники истории и культуры».

Русский язык относится и к наследию и к памятникам истории и культуры России. Английский же и турецкий язык не относится ни к наследию, ни к памятникам истории и культуры России.

ПАРАШУТ

Посвящается деформаторам Русского языка

Все знают как резво либералы и глобалисты взялись реформировать и деформировать экономику России. Как итог, - кризис, неплатежи, снижения и задержки зарплат на длительное время, постоянная инфляция. Исчезло большое число отечественных производств и товаров, их подменили иностранными, весьма сомнительного ГМО-качества.

Либералы и иже с ними также начинали реформу энергетики. По стране пошла волна сбоев в энергоснабжении, аварии и пожары на ГЭС и подстанциях, периодические отключения света и обогрева квартир. Однако для них вся эта экономическая свистопляска - дело хоть и разрушительное, но очень интересное.

«Эти» же ребята взялись и за реформу русского языка. Она уже длится более 20 лет. Естественно возникает вопрос: « В итоге их постоянной деформы русского языка не исчезнет ли из нашего языка большинство русских слов и не будут ли они заменены импортными, чаще английскими, словечками- ярлыками и « общечеловеческой» площадной бранью?»

Опять же с большой тревогой встает перед нами и такой вопрос: «Вследствие рыночной деформы языка ни будут ли периодически изыматься из нашего языка точки, запятые, падежи и предлоги?».

До этого пока дело не дошло. Чубамордина и Чернобайса к реформе языка еще не привлекли.

Уровень преподавания и знания русского языка в школах резко снижается до уровня требований МВФ, школьники часто забывают русские слова и заменяют их английскими, не пользуются падежами, запятыми и другими знаками препинания. Что, конечно же, дает достаточные основания «прогрессистам» радостно рапортовать своим авторитетам о своих рыночных достижениях в области русского языка.

Вот одно их конгениальное рыночное «достижение» в русском языке: написание слова «парашют» через «у» вместо привычного «ю». Подстать ему и смелое либеральное ударение в слове «йогурт» опять же на «у». Любознательные спросили официальную даму при русском языке в РАН: «А почему надо делать ударение на «у»?». Она, не моргнув либеральным глазом, ответила: «Потому что в турецком языке так». Другими нелиберальными словами выходит, что приоритет турецкого языка в системе русского языка выше, чем самого русского. Каково?! После многолетнего полусекретного пыхтения над рыночными деформациями русского языка деформаторы своими задами в кабинетной тиши более гениального высидеть ничего не смогли.

В русском языке давно существуют такие смысловые пары: нормальный - паранормальный, психология - парапсихология, игры - параигры, где приставка «пара» придает понятию привкус ненормальности и виртуальности. Теперь стараниями «либералов» от языкознания в русском языке появилась новая пара-пара: шут - парашут.

Естественно спросить: «Что общего между шутом и средством для прыжков с самолета?». Но это известно только самой либерально отпетой «творческой» интеллигенции.

Не уместней ли «парашутами», по сложившейся в русском языке логике употребления, называть самих рыночных деформаторов от языкознания, стремящихся превратить русский язык в парарусский.

Геннадий Дмитриевич Колдасов, кандидат технических наук, доцент, академик ПАНИ, ветеран Великой Отечественной войны


http://www.ruskline.ru/analitika/2010/05/29/zaimstvovaniya_v_yazyke_i_dissidenty_russkogo_yazyka

русская линия

 

 

 

 

http://www.delorus.com/good/index.php?ELEMENT_ID=4611

Геннадий Колдасов. "Творчество и русский язык"
Геннадий Колдасов. "Творчество и русский язык"

 

Доклад на Круглом столе «Русский язык в современном мире» …

12 февраля 2011 года в Александровском лицее г. Санкт-Петербурга в рамках Александро-Невских чтений прошел Круглый стол «Русский язык в современном мире», посвященный сохранению, изучению и развитию русского языка. Публикуем один из докладов Круглого стола.

Геннадий Дмитриевич КолдасовОтношение людей к творчеству весьма личностно, весьма своеобразно, и большинству вполне достаточно чисто эмоционального отношения к нему. Многим совершенно не важно, в чём существо творчества. По ним творчество - это то, что заставляет переживать: грустить, ахать, плакать и радоваться. Поверхностное восприятие является одной из причин того, что сегодня не редко к творчеству относят и то, что по своей сути является не только что не творчеством, но - откровенным антитворчеством, за которым стоит известный с давних времён персонаж с рогами.

Определим творчество так: Творчество - это действенная потребность выражения сущностей окружающего нас мира, данная нам в ощущениях, чувствах, настроениях, мыслях, знаниях, откровениях; в формах, доступных для человеческого восприятия, т.е. в форме слова, музыки, движения, изображения.

Творчество - это есть всё более глубокое постижение и раскрытие гармонии мира, его красоты, его сущностных глубин и Истины. Творчество - это, прежде всего, постижение Бога, потому что Истина мироздания есть Бог. Творчество - это открытие Бога хотя бы в частностях, хотя бы в чём-то. Исходя из такого понимания творчества, надо признать, что молитва является творческим актом. Но современная расхристанная цивилизация молитву к творческим актам не относит. Она скорее отнесёт к творчеству массовую вакханалию, кем-то состряпанную, чем молитвенный подвиг монаха.

Полагаю, что с приведёнными выше соображениями согласится далеко не каждый современник. Полагаю также, что гораздо больше людей согласится с тем, что творчество - это поиск гармонии мира и его гармонизация. Например, поиск рифмы - это выявление гармонии слова и языка; поиск мелодии - это выявление гармонии звука и языка звука; поиск линии и цвета - это выявление гармонии образа и языка образности; поиск гармонии танца - это выявление соответствующего языка и рисунка жеста, движения и позы. В этих случаях надо признать, что творчество базируется на вере в гармонию мира, а вера в гармонию мира предполагает хотя бы подсознательную веру в силу, которая гармонизирует мир или способна его гармонизировать. А эту мировую силу гармонии в большинстве известных мировых цивилизациях определяли и определяют как Бог.

Мировая история показывает: всё, что противится Богу, то - не творчество, но антитворчество или сатотворчество, потому что оно по сути своей разрушительно и в потенции и на деле, оно неизменно выступает против гармонии мира. Оно разрушает мораль, духовные традиции; оно толерантно и старательно стирает грани между добром и злом, между мужчинами и женщинами, между больными и здоровыми; оно старается из гармоничного и целостного мира устроить свободный рынок, где всё продаётся и всё покупается. Антитворчество - всегда экологически вредно и грязно.

На общественном уровне творчество есть приобщение людей к гармонии отношений и приобщение их к Божественным замыслам мироздания. В этом смысле творчество бывает двух планов: первый план - творчество для себя, и второй - творчество для людей и общества. В первом случае человек открывает Божественные замыслы лично для себя, во втором - для других и общества. То, что может быть творческим актом для одного человека, может оказаться лишённым творчества для другого. Разные люди находятся на разных уровнях творческого бытия.

В сознании человека творческий процесс проходит несколько уровней восприятия и понимания: от ощущенческого через эмоционально- чувственный и образный к умному и духовному.

Значение языка в творческом поиске не ограничивается только описательной, коммуникативной функцией и функцией памяти. Язык мы будем понимать в общепринятом лингвистическом смысле, как свой собственный язык, данный каждому от рождения. Для русских и русскоговорящих - это русский язык. Значение языка в творческом поиске очень важно на всех уровнях, и особенно возрастает на умном и духовном уровне. Известно, что чем человек более умён, тем у него более богатый язык. И развивая свой язык, человек делает себя всё более и более творчески способным. Но язык надо развивать именно свой. Приведу пример, И. Бродский уехал из России, и очень быстро стал писать по-английски, практически перестав писать по-русски. Сам по себе факт - говорящий. Я не припоминаю ни одного случая, чтобы его хвалили как англо-большого ( не говоря уже, великого) поэта в атлантических странах, да и «Нобеля» ему дали не за англоязыкие вирши.

Постигая стилистические, смысловые, логические и художественно- выразительные особенности своего языка, его иерархию, богатства и особенности его словаря, мы всё в большей степени проникаем в свои духовно - мыслительные процессы, свои геномиальные коды, данное нам Слово - Логос, и через это приходим к осознанному овладению своими, богоданными творческими возможностями. Приведу пример, Владимир Иванович Даль. Он по рождению - датчанин. Но он так глубоко врос в русский язык, что глубоко искренне назвал наш язык Живым Великорусским и сам стал совершенно русским по духу человеком.

Весьма существенна ещё одна грань живого Великорусского языка, как инструмента творчества, на которую до сих пор не обращают должного внимания. Очень важно понимать, что наш живой язык есть не только средство общения и украшения нашей жизни, но он также является естественно- научной моделью мира, данную нам по Слову, отображающему диалектические и другие связи между реальными объектами и субъектами миропорядка.

Живой язык есть отражение психологии народа, его сильных сторон, в том числе и творческих. Он является кладовой творческой эвристики (зацепов), творческих подходов, естественных законов жизни, поисковых приёмов, отвечающих особенностям того народа, которой он (язык) складывал в течение многих тысяч лет.

Имея в виду естественную связь языка, мысли, чувства и творчества, можно отметить, что народ, обладающий богатой языковой историей, обширным словарём и богатыми выразительными средствами, гибкой языковой логикой, не может не обладать огромными творческими особенностями и возможностями. Другое дело, что живой народ может находиться и в состоянии дерзновенного поиска, но может быть усталым, оскорблённым, потерявшим вкус к деятельности. На народ нельзя смотреть, как на машину. Народ - живое существо. Народ средствами языка можно вдохновлять, но можно и угнетать и подавлять. И чем народ - более творческий, тем более легко можно делать и то и другое.

Большое практическое значение названных свойств языка подтверждается многовековой историей многих народов мира. Сегодня это убедительно демонстрируют китайцы и японцы. Они не скрывают, что своих успехов достигли на основе своей этнопсихологии, которая заключена и в языке. Японский язык со своей сложной иероглификой предъявляет высокие требования к памяти человека и образности мышления. Японские дети на международных олимпиадах чаще всего выходят победителями при решении тех задач, которые, прежде всего, связаны с очень хорошей памятью. Мне рассказывали, что даже учёные японцы объясняют задачи не с помощью математических и физических формул, но всё - с помощью графиков и рисунков. Надо сказать, что японский язык сейчас является одним из самых бурно развивающихся языков, японцы приняли вызов современной цивилизации. Но при этом они очень бережно относятся и к своей культурной традиции и своему исторически наработанному опыту и языку. Они не меняют свой язык ни на английский, ни французский, ни китайский.

Конечно, из сказанного не следует, что для создания высокоумной техники необходима прежде огромная память. Память - это только одна из возможных сторон творца. Но есть и другие. Какие же они?

Каждый народ должен сам себе ответить на этот вопрос, ища свои сильные средства в своих «закромах». Язык может оказать в этом неоценимую помощь. Посмотрим на наш русский язык с этой точки зрения.

Русский язык как банк творческих возможностей, красок и средств, поисковых приёмов и принципов представляет собой многоуровневую систему.

Языковые творческие уровни иерархичны внутри языка. Они представлены отдельными понятиями и знаками, обладающие многозначностью и синонимией, своей морфологией; понятийными связями, местом творческих единиц в ассоциативных рядах, иерархией корневых семей; также устойчивыми во времени суждениями ( пословицами, поговорками, принципами, притчами, считалками, дразнилками и т.д.); системой примет; также статьями, былинами, летописями, песнями, монографиями, трактатами, другими книгами и устной памятью.

Предпочтительно начинать изучение и овладение творческим содержанием языка с исследования простых эвристических единиц языка на уровне отдельных понятий и знаков- символов. Для этого, прежде всего, нужно желание. Специальные лингвистические знания в этом могут помочь, но это не главное, т.к. восприятие эвристики языка содержит в себе значительную субъективную составляющую.

Приведу пример, наглядно показывающий важность исследования содержания слов-понятий для формирования фундаментальных знаний. В качестве эвристического примера рассмотрим цепочку близких по значению слов: три - тройка - троица. Они широко используются в большом числе устойчивых языковых сочетаний: три богатыря, три танкиста, три друга, три сестры, три девицы, три брата, три развилки на дороге, русская тройка, птица-тройка, трёхглавый змей, трезубец, тройки в авиационном строе, тридевятое царство, три желанья, святая Троица, триптих). Большое число устойчивых сочетаний различных слов с числительным 3 нельзя считать случайным.

Сегодня уже уверенно можно утверждать, на основание научных данных, что названные сочетания есть выражение фундаментального свойства богоданного мира. Если бы люди были внимательны к эвристике русского языка, они бы пришли к этому важнейшему научному открытию троицы не в середине 20 века, а много раньше. Впрочем, светлые головы и святые подвижники постигли первенствующее начало Троицы и троического принципа в действительности давным-давно.

Учёные очень много времени затратили на выявление законов в развитии механических устройств и систем; на определение их исходного «генетического» элемента и создание общей теории машин и механизмов. Долгое время в механических системах обнаруживали и 2-звенные и 3-звенные и 4-звенные базовые подсистемы. Только в начале 20 века, наконец, выяснили, что исходный генетический элемент всех механизмов состоит из двух звеньев и одного сочленения, т.е. он - троичен.

Весьма поучительно и то, что «троица» оказалась фундаментальным понятием и в общей теории сложных систем (не только механических). Михайло Месарович, сербский учёный, строго доказал, что любая система в общем случае всегда может быть представлена конечным набором троичных подсистем, а двоичными - не всегда. Это большое открытие случилось только в середине 20 века. А в русском языке и в православии этот великий троический принцип был озвучен с незапамятных времён, но не в абстрактной форме, как сейчас, но в форме более яркой и более образной.

Таким образом, с одной стороны, троическая подсистема всегда является краеугольным камнем любой действительной системы, но, с другой стороны, троическая система охватывает все существующие в мире системы. Так мы видим, что троический принцип и троическая система делает мир целостным, она охватывает его целиком. Чтобы быть целостным надо быть в Троице. Это, возможно, самое великое достижение науки 20-го века! Свойство целостности является наиважнейшем свойством любой живой системы. Он с незапамятных времён присутствует в русском языке и в русской жизни.

Большая эвристическая сила заложена и в других словах - понятиях русского языка: например, молитва, подвиг, помазанник, долг, семья и др. Понятие «семья» очень тесно связано с понятием «целостности». Устойчивая семья должна иметь не менее одного ребёнка, а лучше - три сестры и три брата. Именно об этом нам говорят многие русские сказания.

Большая творческая и познавательная сила русского языка неразрывна с его свойством целостности, целостности по Слову и исторической его целостности, идущей из глубоких седин. Народу всегда надо учиться жить, не зависимо от того, обладает он письменным языком или нет. Поэтому живой язык всегда является учебником жизни, содержит в себе методические указания и эвристику поиска. Чем язык целостнее, тем он полнее, системнее и в нем богаче представлена эвристика поиска и обучения. Вот почему тупое и упрямое втюхивание в язык иностранных слов есть преступление: оно разрушает творческую систему языка. Вот почему агрессия одного народа против другого часто начинается с агрессии против языка предполагаемой жертвы. В среду жертвы тем или иным образом внедряют другой язык, который должен частично или полностью заменить язык жертвы. По отношению русского языка такая языковая агрессии предпринималась ни один раз: в конце 16-го начале 17-го веков силами польского языка; во второй половине 18 века и первой трети 19 века посредством французского языка; во второй половине 19 века и начале 20 века посредством немецкого языка; в конце 20 века и начале 21 века таким языком - агрессором является английский.

Английский язык - хороший пример языка, не обладающего исторической целостностью, а потому - и общей целостностью. Этот язык - язык «рыночного» типа. Он всосал в себя правила, слова и лингвистические фрагменты из множества языков: кельтских, германских, французского, латинского и еврейского. Его сегодня условно - толерантно лингвисты относят к группе германских языков. Но до второй половины 20 века его не относили ни к германской группе, ни к другим группам индоевропейских языков, он был языком - особняком, реликтовым островитянином.

Всосав языковые «фрагменты » других, англичане стали задумываться, а что со всем этим доставшимся разнообразием делать? Сопрягать в одном языке это широкое рыночное разнообразие очень сложно. Вот почему в английском языке мы и встречаем массу языковых обломков и формально надуманных приёмов: неправильные глаголы, закрытые и открытые слоги; разнузданное уничтожение падежей; рыночные правила: буквы пишутся, но не читаются, и наоборот - не пишутся, но читаются; для передачи одной фонемы используется две и более букв и многое другое.

Вернёмся к русскому языку. Совокупности понятий и слов языка таят в себе дополнительную эвристику творчества. Необходимо выделить три отличных друг от друга типа совокупностей слов-понятий: ассоциативные цепи, корневые цепи слов и цепи-ряды оттенков качеств вещей и явлений.

Цепи - ряды оттенков строятся по принципу наличия смысловой связи слов цепи с заданным понятием, например, со скоростью, или с каким-то цветом.

Приведу пример цепи-ряда оттенков цвета синего и глубого: иссине-чёрный, тёмно-синий, синий, синеватый, синевато-голубой, сине-серый, голубовато-серый, голубовато-синий, голубоватый, голубой, голубовато- сиреневый.

Цепь-ряд оттенков скорости может быть представлен так: молниеносный, стремительный, быстрый, скорый, шустрый, швыдкий, юла, расторопный, размеренный, тихоходный, медленный, медлительный, вялый, мямля.

Составление таких рядов позволяют полнее овладевать выразительными возможностями языка и быстрее подбирать нужные эпитеты при письме. Если в русском языке мы можем составить цепь-ряд по оттенкам синего и голубого ( их имеется не менее 10), то в английском - не сможем, т.к. в нём имеется всего два оттенка синего и голубого: блу и хад-блу. Возможно, что англичанин выдавит из себя ещё один оттенок, но вряд ли - больше.

Ассоциативные цепи строятся по принципу обязательного наличия хотя бы одного общего признака для предыдущего и последующего слов цепи. Ассоциативный принцип широко применяется в практике наименования понятий и предметов: например, собачка- болонка и собачка замка, или лапа зверя и рубить в лапу избу). Приведу пример ассоциативной цепи для понятия «память»: память - хранилище - запоминающее устройство - склад - кладовка - кладезь - соты - цифровые цепи - сарай - закрома и т.д.) В этой цепи понятий можно найти имеющие творческий смысл сочетания слов; например, сотовое запоминающее устройство.

Цепи оттенков и ассоциативные цепи широко используются в литературе и изобразительном искусстве, часто и не осознано. Яркие примеры богатых ассоциаций можно найти у Н.В. Гоголя, в частности, в именах и фамилиях: Собакевич, Манилов, Ноздрёв, Коробочка и т.д.

Корневые цепи строятся не по ассоциативному признаку, а по грамматическим правилам конкретного языка. Грамматические правила русского языка являются слепками естественных правил отношений предметов внешнего мира. В русском языке правило корневой семьи таково: коревые цепи строятся на базе обобщающего понятия - слова, оно и является корнем однокоренной семьи слов- понятий. Слова - понятия семьи представляют собой частные проявления понятийного содержания корня семьи.

Рассмотрим эвристическое содержание корневых цепей слов - понятий на примере семейства с корнем: вет - вест - вещ - веч.

Здесь уместно отметить ещё одну особенность живого русского языка: чередование гласных и согласных корня, что придаёт нашему языку большую звуковую красочность, выразительность и возможность образования новых понятий, и одновременно дополнительную трудность для наших языковых недругов, которым надо придумывать что-то, что способно будет конкурировать с нашей красочностью и выразительностью.

В качестве примера чередования гласных корня приведу формы корня «колод»: колд - клад - калд; и корня «рост»: рост - раст.

Приведённый выше корень «вет» является примером чередования согласных: т - ст - щ - ч.

Очертим словами - понятиями 4 ветки семьи «вет-вещ-вест-веч»:

1. Вет - ответ - привет - завет - навет - ветер - совет - советчик -советник.

2. Вест - весть - вестник - буревестник - известие - невеста - повестка - повествование.

3. Вещ - вещь - вещунья - вещий - радиовещание - вещание -вещественный - извещение- вещество.

4. Веч - вече - вечер - вечерить - вечность -вечный - вечевой - повечерье.

Подавляющее большинство представленных понятий обозначают события и действия по передаче или представлению сообщений, или, как сейчас говорят, по представлению и передаче информации. Обобщающим все приведённые частные понятия является корень семьи, т.е. в нашем случае все 4 корневида: вет - вест - вещ - веч. Все корневиды представляют собой разновидности «информации». Строго говоря, в русском понимании «вещь» - это не то, что можно пощупать, а то, что несёт в себе какие-то сведения, сообщения, вести, ответы или приветы. Строго говоря, слово « информация» в русском языке является «архитектурным излишеством». Современное понятие « информационное поле» вбирает в себя русское понятие «вечность». Современное абстрактное понятие «информация» вбирает в себе русский корень « вет». Пошлое слово «компьютер», несущее в себе позыв сплевывания, успешно можно заменить русским словом «веста», т.к. вычислительная машина предназначена давать нам разные сведения, сообщения, слать приветы и ответы, вести, вещать, устраивать вечера встреч и обсуждение разных вопросов, выступать, как справочник, как советчик и вещунья. Многие понятия, которые сейчас мы обозначает инословами, уже давно обозначены в русском языке русскими же словами. С точки зрения целостности русского языка эта эвристическая находка и эвристический подход чрезвычайно важны и актуальны.

Важно отметить, что в прошлом русские люди выделяли 3 вида основных информационных потоков: поток сведений, исходящих от людей (вет -поток); сведения (информация), исходящая от предметов, веществ (вещ - поток); сведения (информация), исходящая от физических полей ( ветер -поток, вечность). В этих трёх видах информации русские выделяли общественно значимую информацию (веч - поток). Это ещё раз показывает, насколько в прошлом наши предки были порядочнее и точнее в русском языке. Они острее чувствовали и изящнее пользовались творческими началами нашего языка и эвристически были более искушёнными.

Такое корявое словосочетание, как « информационное сообщение» могло появиться только в той среде, которая пользовалось русским языком, как попугаи. К их сведению, сообщение не может быть не информационным. Если сочетание «информативное сообщение» ещё имеет какой-то практический смысл, то « информационное сообщение» - это очевидная языковая глупость, а причина её в том, что инослова действительно нарушают внутреннюю логику русского языка. По-русски указанную западэнскую нелепицу « информационное сообщение» следовало бы определить, как «веч- сообщение », т.е особо значимое для общества сообщение.

Перейдем теперь к эвристическим принципам, которые содержит в себе русский язык. Обычно они закреплены в форме пословиц и поговорок, но они также могут содержаться и в былинах, и в притчах и в других языковых формах. Примерами таких принципов и правил в русском языке могут быть такие: нет худа без добра ( всегда ищи полезное во вредном); шиворот навыворот ( если не получается прямо, сделай наоборот); жить широко - хорошо, но и уже - не хуже ( здесь заложен принцип необходимости не только синтеза, но и анализа жизненных явлений и ситуаций); хорошая мысля приходит опосля ( не увлекайся первым успехом и решением).

Приведённые выше русские эвристические принципы и правила являются частными представления более общего жизненного принципа - принципа борьбы Добра и зла, или единства и борьбы противоположностей (по Гегелю).

Рассмотрим подробнее русскую форму представления духовно-диалектического закона единства и борьбы противоположностей: нет худа без добра. Ни у одного русского нет сомнения в том, что «худо» и «добро» - противоположности. И если есть добро, то есть и худо, т.е. они в жизни присутствуют вместе, и в этом смысле - едины. А, находясь вместе, они противодействуют друг другу или борются. Таким образом, русская форма закона формально логически не противоречит гегелевской трактовке. Но русская форма в духовном плане точнее Гегелевской, она утверждает, что нет худа без добра, но она не утверждает, что нет добра без худа. Таким образом, ясно, что русские верили и верят в духовное преобразование мира, а Гегель и его западные и западэные подражатели в духовное преображение мира не верят, судя по их формулировке, потому что они расхристанны и они не делают духовного различия между добром и злом, они к ним «толерантны». В русском понимании к единству в борьбе с добром тянется только зло, а добро не тянется ни к единству со злом, ни к борьбе с ним. Должен огорчить почитателей Гегеля, он отнюдь не является первооткрывателем закона единства и борьбы противоположностей, этот закон сформулирован задолго до него. А духовную суть этого закона Гегель, к сожалению, проглядел.

Есть ещё другой очень важный духовный принцип русской жизни: чем больше добра, тем меньше зла; летом день год кормит. Это, по сути, русское повествование принципа перехода количества в качество.

Если бы в 19 веке российская интеллигентская и аристократическая «элита», а точнее « гобза» ( однокоренное слово со старославянским глаголом «гобзовати»), не растрачивала бы себя на модных и посредственных в духовном плане Гегеля, Шопенгауэра, Руссо и Вальтера, немецкий и французский язык, а больше вникала в русское слово и русский язык, она бы больше сделала добра для себя и меньше вреда для России.

Изучение 4327 пословиц и поговорок показало, что не менее, чем каждая десятая из них содержит в себе творческую эвристику и выражает какой-то научный принцип, организационное или психологическое правило поиска. По эвристическому содержанию просмотренный вет-объём можно разграничить на 3 основных отдела: организационно- эвристические правила, психо-физиологические принципы творчества и эвристические принципы и правила научного поиска. Внутри первого отдела можно выделить эвристику преподавания и методическую эвристику.

В 1-ом отделе можно выделить 19 групп пословиц и поговорок, выражающих тот или иной организационный принцип. Приведу несколько примеров.

Группа №1: принцип предпочтения соборной работы, работы миром (мир дунет - ветер будет, мир плюнет - море будет, мир охнет - лес сохнет). Группа №2: принцип порядка (в хорошей артели всяк при деле). Группа № 3: принцип разделения обязанностей и задач (за всё не берись, а в одном отличись). Группа №4: принцип собственной почвы и собственного подхода к задаче (у своего гнезда и ворон бьёт орла). Группа №5: принцип наглядного представления задач (лучше один раз увидеть, чем 100 раз услышать). Группа № 6: принцип своевременности (куй железо, пока горячо).

В 2-ом отделе можно выделить 12 групп пословиц и поговорок, выражающих психофизиологические принципы творчества. Несколько примеров.

Группа №1: принцип веры (взайдёт солнце и в нашем оконце). Группа №2: принцип психологической установки на работу (была бы охота, заладится любая работа). Группа № 3: принцип настойчивости, упорства и смелости в работе (взялся на гуж, не говори, что не дюж). Группа № 4: принцип соблюдения биологических ритмов (утро вечера мудренее). Группа № 5: принцип постоянной учёбы (век живи, век учись). Группа № 6: установка на ошибку (не бойся ошибки первой, но избегай - второй).

В 3- ем отделе можно выделить 30 групп пословиц и поговорок, отражающих принципы и правила научного поиска путей решения творческих задач. Группа №1: диалектические законы поиска ( искра мала велик пламень рождает; с миру по нитке - голому рубаха). Особо здесь выделим русские формулировки закона отрицания отрицания ( клин вышибается клином; сила силу ломит; беда ломается бедой). Группа № 2: принцип соблюдения законов природы (не тряси яблоки пока зелены, созреют - сами упадут). Группа № 3: практика - критерий истины ( учёный без практики, как пчела без мёда). Группа № 4: принцип системности мироздания ( гвоздь держит подкову, подкова держит коня, конь держит человека, а человек - весь мир). Группа № 5: принцип умных обобщений ( видит око далеко, а ум - ещё дальше). Группа № 6: принцип системного подхода к решению задач ( семь раз отмерь, один - отрежь). Группа № 7: принцип « от простого к сложному» ( сначала аз да буки, потом науки). Группа № 8: важность осознания цели (видишь цель - хорошо идёшь). Группа № 9: принцип ассоциативного перебора ( где пешком, где верхом, а где и на корточках). Группа №10: принцип единоначалия ( где много пастухов, там овцы дохнут). Группа №11: учёт обстоятельств задачи ( где правильный учёт, там зерно не утечёт). Группа №12: принцип яркого увлекательного представления задачи ( чем шкура красивей, тем охотники хитрей). Группа №13: принцип решений через многофункциональность ( и швец, и жрец, и на дуде игрец). Группа №14: принцип инверсии ( выслушай жену и сделай всё наоборот). Группа №15: принцип фокальных отображений ( тот куст, да не та ягода). Группа №16: принцип чёткой формулировки ( лишнее слово в досаду вводит). Группа №17: принцип аккумулирования ( говори мало, слушай много, думай ещё больше). Группа №18: закон инфляции ( чего нет, то дорого, а чего много то дешево).

Пословицы и поговорки вместе с известными, относительно строго означенными, эвристическими правилами и принципами образуют собой формально - символьно - образные ассоциации, являющиеся эвристическими приёмами перехода от сужения области поиска к её расширению, и наоборот. Важно, что формализованные понятия влияют на логику мышления, а образные - на воображение. В научном поиске важно и то и другое.

Значительным эвристическим содержанием также обладают русские приметы, которые важны не только при решении практических задач, но и при решении научно -теоретических задач. В качестве примера приведу такие приметы : больше снега - больше хлеба; много рябины - к холодной зиме; малиновый закат - к ветреной погоде; излишняя сладость пуще горечи.

Некоторые приметы можно рассматривать и как пословицы.

Исторический творческий потенциал русского языка - огромен. В своём сообщении я затронул лишь очень небольшую его часть.

Ясно, что русский язык не для ленивых, ленивым такое разнообразие поисковых принципов и выразительных возможностей не нужно. Лентяи по причине лени не могли такое разнообразие и придумать. Ясно также, что такой богатый язык, как русский, лентяи не могли сохранять и сохранить в течение многих тысяч лет, т.к. это очень непросто. Ясно также, что те, у кого чешется и зудит язык обвинять русских в лени, - элементарно непорядочные, глупые и творчески вялые люди, которым легче повторить западные зады, чем находиться в творческом поиске. Им не дано понять, что такое - русский язык и русский человек.

Геннадий Дмитриевич Колдасов, кандидат технических наук, доцент, академик ПАНИ

Русская народная линия.

 

 

 

 

 

http://www.ruskline.ru/analitika/2010/01/12/svyatoj_pravednyj_ioann_kronshtadtskij_i_nacionalnaya_ideya_rossii/

Святой праведный Иоанн Кронштадтский и национальная идея России

Геннадий Колдасов, Русская народная линия

«Да приидет Царствие Твое в России!
Да будет воля Твоя в России!»

Св. прав. Иоанн Сергиев-Кронштадтский

1.Общественный Логос.

Современные исследования в области биотехнологий, нанотехнологий, психотехнологий, информационно-коммуникационных технологий свидетельствуют о том, что Логос живого существа, в том числе и общественного явления, или, как сейчас чаще говорят, его информационно- полевой геном - это реальность, данная нам и в ощущениях, и в научных опытах. Наши предки очень правильно понимали информо-полевую суть Логоса, потому и перевели его, как «Слово», как богоустановленное сущностное и вещее определение явления и существа. Даже сегодняшнее понимание реальности Логоса (генома) отдельного существа и общественного явления (народа, страны, культуры, культурно-исторической общности) уже даёт поразительные практические результаты и в области психотронного воздействия на людей, и в работе спецназа, и в биотехнологиях. А что ещё может принести людям более глубокое проникновение в Логос и геном общественных явлений в будущем?

Жизнь любого народа и любой страны - всегда логосна и имеет свой исходный информо-полевой геном или своё Слово.

Национальная идея тогда жизнеспособна и плодотворна, когда она проистекает из Логоса народа и страны, из его Слова. Связь души народа с его Логосом и национальной идеи с Логосом наиболее остро ощущают люди тонкой духовной организации. В случае России - это её святые подвижники, среди которых почётное место занимает святой праведный Иоанн Сергиев - Кронштадтский.

При основополагающей логосности жизни, Господь, тем ни менее, оставляет людям свободу воли, свободу выбора, и свободу понимания. Существуют большое число рядовых люди, а иногда и откровенно дефективных, всё более увлекающиеся потреблением и материальными благами, которые всё слабее ощущают и народный Логос и национальную идею. Эти ощущения им заменяют рыночные стандарты. Их идеи и фантазии на тему будущего страны по мере их внутреннего удаления от Логоса народа и страны всё менее согласуются с национальной идеей и потому становятся более губительными для народа и станы. Эти люди не вникают в суть общественных явлений, но охотно виртуальничают, пытаясь согласовать ни логос народа с логосом перемен, а ищут «консенсус» логоса перемен со своими потребностями личного успеха, гордыни и комфорта. К их числу принадлежат почти всё революционеры и либералы. В их логосе перемен заложен не логос любви и ума, а логос гордыни, логос нетерпения и логос безудержных фантазий и потребления. Ясно, что последствия их фрагментарно продуманных перемен, революций и реформ всегда неизменно порочны.

Жизнеспособные общественные системы обязательно должны включать в себя Слово Любви и Жертвы. Об этом говорит вся мировая история. Этому нас учит история Христианской Церкви, которая существует уже более 2000 лет. Сравните этот исторический результат с продолжительностью существования тех общественных систем, которые не понимали Жертву, как Логос, но только, как политический приём и способ устрашения. Фашистская Германия просуществовала 13 лет, Советская Россия - 72 года. Красный безбожный Китай - около 20 лет. Сильно формализованная иудо-израильская общественная система, не принявшая Христову Жертву, находится в состоянии постоянной неприязни и вражды со значительной частью своих соседей, и не только с ними.

Логос Жертвы настолько фундаментален в системе мироздания, что он начинает признаваться даже в такой сильно формализованной, но продвинутой в области информационных технологий, системе, как США.

Жертва, как Логос жизни, и героизм, как норма жизни, были присущи историческому геному России всегда. В СССР жертва тоже занимала достойное место в жизни страны, но не понималась, как логосное начало, и не согласовывалась с логосом Любви.

Перестроечные либералы отвергли Любовь и Жертву, как логос рыночного общества. Рынок едва ли соединим с Жертвой и Любовью. Он гораздо легче соединяется с уголовщиной и развратом. Жертву и Любовь поменяли на пустые обещания, откровенную ложь, обманы, ваучеры и т.д. Выше героев и самоотверженных тружеников были поставлены финансовые пройдохи, игроки и игроманы, аферисты, спекулянты, создатели финансовых пирамид и олигархи. Жертва была отвергнута не только на духовном, идейном и идеологическом уровне, но и на уровне обыденной жизни, в СМИ, в искусстве и образовании. Однако, жертвователи в стране ещё есть, и страна ещё живёт.

Надо сказать, что копирующая Запад интеллигенция уже в принципе не способна воспринимать и понимать Логос нашей страны, в которой она живёт. И отсюда её перманентная потребность уехать из России, отсюда потребность в перестройках и революциях, потребность помнить и чтить не тех, кто отдал свою жизнь за близких, за други своя, за свой народ и Отчизну, а тех, кто уехал из России, невозвращенцев, извращенцев и диссидентов: И. Бродского, Б. Березовского, В. Буковского, В. Коротича, Р. Нуриева и некоторых других людей нетрадиционной нравственности.

Показательно, что успехи в нашей стране сохранились именно там в церковной, общественной, экономической и культурно-просветительской жизни, где было жертвенное служение. Оно позволило сохранить некоторые храмы и монастыри, оборонные предприятия, космические, морские и авиационные КБ, некоторые библиотеки, памятники, культурные и образовательные центры.

Именно жертвенное служение Русской Православной Церкви в 20-м веке, как Богу, так и своему народу, сделало её столь авторитетной сегодня.

Отрицая жертву, как Логос общественной жизни, либералы в принципе отрицают и благотворительность, как норму жизни. Некоторые из них это делают безсознательно, в духе либерализма, ставящего выгоду, успех, комфорт, деньги выше любви, жертвы и милосердия. Всё остальное есть естественное следствия господства либерального духа, ущербного генома общественных реформ.

И даже искреннее желание добрых перемен «передовиками» рыночного мышления не приведёт их к значительным хорошим результатам, потому что геном комфорта, гедонизма и жадности принципиально противоречит историческому геному России и русского народа. Нельзя победить взяточничество чиновников в условиях действия ущербного либерального логоса. Практический выход из существующего общественного тупика - один: нелицемерное покаяние перед Богом-Творцом, Богом-Спасом и Святым Духом - Духом Любви и Жертвы за грехи гордыни, жадности, комфорта, либерализма, лживой демократии, отрицания личной жертвы и Жертвы Христовой, паразитирования на теле народа и на национальных богатствах. Необходимо нелицемерное возвращение к основополагающим, жизненным принципам: любви, жертвенности, благородства, соборности, благотворительности также и на уровне властных и деловых структур.

Активное общение иерархов РПЦ с представителями властных и деловых структур внушает некоторый оптимизм на то, что исторический геном России не будет тупо соединён с геномом либерализма и американского рынка. Потому что такое соединения - крах. Россия и США никогда логосно и геномиально друг другу не подходили и подходить не будут. Только единственная жертва со стороны России может устроить США - это её самоубийство. Между Россией и США не может быть брака даже по расчёту. Россия по Логосу - православная страна. США - масонская страна с 45000 сект самой разной направленности.

2. Национальная идеология

Человеческое общество всегда предстаёт перед нами, как сложная система, в нём много разнородных составляющих, множество связей, прямых и обратных; и изменение количественных его характеристик всегда переходит в изменение его качественных показателей. Основы жизнедеятельности, заложенные творцами в сложные системы, - это, прежде всего, основополагающие идеи или принципы, т.е. Слово и слова. Они вложены в системы либо человеком, либо Богом. В живых, но безлюдских, системах идеи жизнедеятельности заложены одним Богом. Все представленные выше утверждения соответствуют известному библейскому положению: сначала было Слово, и Слово было у Бога, жизнетворное начало - Логос.

Общество без идей не бывает. Всякая идеология - это совокупность идей жизнедеятельности, объединённых в систему с учётом времени и пространства. Если общество не лишено чувства самозащиты и ума, оно ищет связи между явлениями мира, постигает законы бытия и системный порядок. Обществу нужен смысл, сущностные идеи, как и осознание этих идей на текущем этапе развития общества, т.е. ему нужна идеология. Идеология - как форма проявления национального логоса во времени. Принципы веры - часть идеологии, принципы экологии - тоже часть идеологии, законы биологии - тоже часть идеологии, принципы политики и взаимодействия с другими сообществами - это тоже обязательная часть идеологии. Провозглашаемая сейчас либералами деидеологизация общества заставляет усомниться в их умственных способностях и возможностях. Устраняя национальную идеологию, они пытаются устранить национальный логос, расчищая путь для логоса глобализма, логоса однообразия и цивилизационной смерти.

У деидеологизированного общества не должно быть идей, либо имеющиеся идеи не должны быть согласованы и объединены в систему. Вот живой пример: либералы не объединили в единую систему все идеи управления, и хотя наплодили тьму разносортных менеджеров, те, ни в США, ни в России, не смогли противопоставить ничего действенного и одному американскому проходимцу, который своими действиями заставил многократно содрогаться почти все экономики мира.

При действительной деидеологизации общества деидеологизаторы должны решительно бороться и с рекламой, распространяющей идеологию всеобщего потребления. Они должны бороться и против либерализма, как такового, т.к. либерализм несёт в себя идеологию реализации либеральных идей и идеологию же потребления. Они также должны бороться против идеологов либерализма и глобализма, т.к. те стараются свести идеи либерализма в ту или иную систему. Но поскольку либералы этого не делают, им надо признаться в собственной непоследовательности, нечистивости и безответственности в сфере общественных идеологий. В 3-ем псалме Давида сказано: «Да постыдятся нечистивии и снидут во ад».

Для того, чтобы идеология стала формой общественного сознания, необходимо, чтобы она была построена на национальном логосе и большая часть общества, обладающая чувством духовного, приняла бы эту идеологию. Национальная идея, порождаемая логосом народа, выражает смысл и дух нации. Национальная идея обязательно содержится в народной вере и национальном языке. Язык народа согласно христианской догматике - Словесное начало народа. Ясно, что ни язык, ни национальную идею нельзя воспринимать одним только умом и утилитарно. Целостно они могут быть восприняты только живой душой. Ум же воспринимает только одну их проекцию. Поэтому национальная идея не может быть исчерпывающе и однозначно сформулирована в человеческих понятиях, её полнота даётся в ощущениях и образах. Православному человеку это ясно, либерал же, скорее всего, этого не поймёт. Православному человеку также ясно, почему и в вере человеку трудно обойтись одними словами, принципиально важно обращаться и к богодухновенным образам - иконам, и к безмолвному общению с Богом, и к тимпанам, и гуслям доброгласным.

Сохранение чистоты национальной веры и языка - это обязательное условие сохранения чистоты национальной идеи и национальной идеологии. Национальная идеология также проявляется в народной практике права и системе воспитания и образования, в семейном укладе.

Не надо думать, что идеология - привилегия каких-то особых обществ и культур. Идеологии существуют во всех обществах, и в примитивных, и в высокоразвитых. В примитивных - она примитивна, в высокоразвитых - достаточно развита. Правда, в одних высокоразвитых обществах главизна национальной идеологии и идеи признаётся открыто, как и открыто защищается национальный язык, а в других же они скрываются за различными политическими ширмами. В больных же обществах национальная идеология и идея не формулируется и не защищается, а разрушается, когда разрушитель скрывается за ширмой борьбы за свободный рынок, борьбы с терроризмом, борьбы за всеобщую демократию, которая всем не нужна; борьбы со средствами массового поражения и т.д.

Идеология это и информационное обеспечение жизнедеятельности, независимости и помехозащищенности нации, идеология держит народ и государство на плаву, обеспечивает народу историю, не даёт выкинуть народ на её обочину; определяет степень соответствия общества характеру его исторического бытия и характеру времени. При внешней её изменчивости в идеологии непременно должна присутствовать некая постоянная национального сознания, идеологическое ядро народа, т.е. его национальная идея, которая определяет сам смысл существования народа в его истории, логос народа. Национальная идея закладывается в каждый народ либо Богом, либо отцами-основателями. Для богоносного народа она закладывается Богом. Для народа, по своему большинству и существу не верующего, она закладывается отцами-основателями, в общем-то, людьми грешными и властолюбивыми.

Конкретная идеология преломляет национальную идею в конкретных исторических обстоятельствах. Идеология есть социально-политическое лицо нации в конкретных условиях бытия.

О системной идеологии, заложенной в сложную систему Христовой Церкви, и о доминантах в ней ярко повествуется в «Первом послание к коринфянам» ап. Павела. Он говорит замечательные слова о Божией системной идеологии, разнообразии и доминантах: «Но каждому дается проявление Духа на пользу: одному даётся слово мудрости, другому слово знания, тем же Духом; иному вера тем же Духом; иному дары исцелений тем же Духом; иному чудотворения, иному пророчество, иному различение духов, иному разные языки, иному истолкование языков. Всё же сие производит один и тот же Дух, разделяя каждому особо, как Ему угодно. Ибо, как тело одно, но имеет многие члены, и все члены одного тела, хотя их много, составляют одно тело, - так и Христос... Тело же не из одного члена, но из многих... Но Бог расположил члены, каждый в составе тела, как Ему было угодно. А если бы все были один член, то где было бы тело?... Напротив, члены тела, которые кажутся слабейшими, гораздо важнее, и которые нам кажутся менее благородными в теле, о тех более прилагаем попечения;... Все ли Апостолы? Все ли пророки? Все ли учителя? Все ли чудотворцы?.. Ревнуйте о дарах больших, и я покажу вам путь ещё превосходнейший.» (1 Кор. 12; 7-12, 14, 18, 22, 23, 29, 31).

Ревнование о дарах больших с православной точки зрения представляется обязательным элементом не только для человека Православной Церкви, но и всей России в целом. Эту мысль более коротко и ёмко выразил св. прав.Иоанн Кронштадтский : «Господь вверил нам, русским, великий и спасительный талант православной веры. Россия есть подножие престола Господня.» «Да приидет Царствие Твое в России! Да будет воля Твоя в России!» Эта позиция св. прав. Иоанна Кронштадтского по вопросу национальной идеи России нашла своё отражение и в Социальной концепции Русской Православной Церкви, где также признаётся особая миссия, которую Бог промыслительно возложил на русский народ. Русский народ должен быть соборным хранителем чистоты христианского вероучения и его святынь вплоть до второго пришествия Христа.

3. Русские святые как хранители национального Логоса

Государство, как и Церковь, тоже общественный организм, и в лучших своих проявлениях вместе со своим главою есть организм богопомазанный, в основе которого лежит Слово-Логос, выраженное в соответствующей национальной идеи и идеологии, определяющими его целостность, жизнеспособность и помехоустойчивость. Государственность на политическом уровне выражает собой принцип целостности и принцип выживаемости общественной системы. Поскольку состояние целостности и угрозы целостности в различные времена различны, то и формы государственности время от времени должны меняться, как и доминанты общественного сознания. Соответственно и народная идеология также должна меняться.

Если национальная идея народа - от Бога, то национальная идеология обязательно богоустановленна и метафизична. И чем народ более верующий, тем больше в его национальной идеи метафизического и богоустановленного.

Хотя есть весьма приземлённые народы от приземлённых отцов-основателей, в их идеологии мало метафизического. В национальной идее этих народов больше места для личной выгоды, для лжи и коварства, склонности к интригам, провокациям, к финансовым пирамидам и к прямой агрессии. И чем более греховны были отцы-основатели, тем больше греховных извращений в идеологии данного государства. Одним из примеров таких извращений могут быть кампании по деидеологизации общества.

Надо понимать, что если нет у государства внятной идеологии, то нет у него и внятной политики и внятного лица и внятной позиции по тем или иным событиям внешней и внутренней жизни народа и страны. Всё это ведёт, в конечном счёте, к вырождению народа и государства.

Носителями чистоты национальной идеи и национального логоса, по большому счёту, могут быть только святые подвижники. Они - их охранители. Но задача охраны национального логоса и идеологии в различные времена требует от духовных их охранителей разной степени участия. Бывают времена, когда достаточно молитвенной охраны. Но бывают времена, когда необходима широкая проповедческая деятельность для охранения национального логоса и идеологии, активное пастырское окормление общественных движений по защите логоса и идеологии народа, и даже защиты их с мечом в руках подобно св. благ. князю Александру Невскому, нашему Имени. Всё это очень хорошо понимал и чувствовал святой праведный Иоанн Сергиев-Кронштадтский.

Понимая необходимость освежения в сознании русских людей онтологической сущности национальной идеи, святой Иоанн Кронштадтский пришёл в черносотенное движение, конкретно в Союз русского народа и Русскую Монархическую партию, целью которых было развитие русского самосознания и прочное объединение русских людей всех сословий и состояний для общей работы на пользу единой и неделимой православной России, через возрождение православных форм жизни. В уставе Союза утверждалось, что русский народ - народ православный, а потому - чадо православной христианской церкви, которая должна быть восстановлена на началах соборности.

Задача священства в черносотенном движении состояла в том, чтобы нести и раскрывать богоустановленную сущность русской национальной идеи, русского Слова.

На встрече со священниками Саратовской епархии Отец Иоанн сказал, что «выполнение дела Христова в современном обществе всё более и более осложняется, т.к., с одной стороны, осложняется жизнь народная, её требования, а с другой, - враги Церкви, стремясь поколебать этот вечный столп и утверждение истины, прибегают к новым, более утончённым способам борьбы. Поэтому-то современным пастырям, как строителям дела Христова на земле, и кроме обширного и разностороннего образования, необходимы великая и мудрая осторожность и твёрдость с верностью своему долгу, чтобы достойно стоять на страже вверенной им Богом паствы.» ( 1).

Самое стремление к развлечениям святой Иоанн (Сергиев) назвал «общественной болезнию». Последние события в Перми, Москве, Питере и других весях со всей очевидностью подтверждают мысль св. Иоанна. Св. Иоанн отмечал также, что стремление к развлечениям - это «очевидный признак оскудения духа, извращённое понимание жизни, отсутствие других, более серьёзных и ценных, интересов... Утратив сами истинный смысл жизни и разменяв глубокое и серьёзное содержание духовной жизни на блестящие пустяки, так называемые интеллигенты стремятся привить свои взгляды и народу, который и понятия не имеет об излюбленных ими времяпрепровождениях. Народу нашему нужно просвещение, а не игрушки. Вот где для пастырей широкое поле деятельности - приучить народ к серьёзному, здоровому и согласному с христианским настроением времяпрепровождению». В этих словах с достаточной полнотой проступают принципиальные противоречия между русским логосом и логосом либеральных перемен.

Именно этот принцип удовлетворения народной нужды в просвещении, а не в игрушках, и был одним из основных в деятельности Союза русского народа. Поразительно то, что и сегодня мы видим значительное, либерально санкционированное, ухудшение дела народного образования и просвещения посредством перманентных реформ, и одновременно широкомасштабный соблазн народа разного рода игрушками: игровыми автоматами, телеиграми, попсой, карнавалами, рекламой и многим другим.

Праведный Иоанн (Сергиев) не только пламенно выступал в защиту РПЦ, русской идеи и идеологии, но он и делом способствовал утверждению в сознании русских людей православных идей, идей Союза русского народа. При его непосредственном участии и на его средства был построен и успешно работал «Дом трудолюбия» в Кронштадте, «Народный дом», «Народная столовая», «Странноприимный дом», «Спасательная станция» на берегу залива. Эти его начинания имели продолжения в других городах России. Святой праведный Иоанн ясно понимал, что национальную идею нужно утверждать конкретными и зримыми для народа формами.

«Вероятно, очень многие из вас задают себе вопрос, как я, - говорил св. Иоанн Кронштадтский,- имею дерзновение обращаться к Богу за такое множество людей, особенно страждущих, и ездить по всей России. Без сомнения, дорогие отцы и братья, я не решился бы сам на такое важное и великое дело без особого на то указания Божия» (1). Это свидетельство святого Иоанна для нас крайне важно, как указание на то, что защиту и охрану национального логоса России Господь возлагает на святых подвижников. Такими святыми защитниками логоса России также были святые царственные мученики и новомученики.

По воспоминаниям очевидцев, когда св. правд. Иоанн молился, мы чувствовали, что перед этой душой стоит живой Бог, с Которым эта душа беседует, прося у Него, уговаривая, требуя с настойчивостью, неотступностью: «Исполни, дай. Не отойду от Тебя, пока не сотворишь по молитве моей ». Так праведный Иоанн радел за русский народ и Богом данное ему Слово.

Те общие цели, которые перед собой ставили лучше подвижники и представители Христовой Церкви, в частности, св. прав.Иоанн Кронштадтский, Союз русского народа, в России всегда быстрее можно было добиться через симфонию власти и Церкви. Поэтому мы видим частые обращения и Церкви, и Союза русского народа, и отдельных патриотов к народу, властным структурам и непосредственно к государю, с просьбой скорейшего, действенного и масштабного совместного противостояния силам зла, лжи, террора и разрушения, которые вместо серьёзного духовного и социального воспитания народа занимаются развлечением, развращением и увлечением народа в пучину пьянства, разврата, бунтов, погромов, перестроек и революций. Вот слова одного такого обращения Союза русского народа: « Молим вас, русские люди! Подавайте, пока не поздно, голос земли Русской! Жидо-масоны подняли такой гвалт, что правительство, не слыша голос подлинного народа русского, не видя себе нравственной поддержки от русских людей, стало колебаться и может уступить наглым вожделениям врагов».

Дух либерально-революционных перемен, противных русскому логосу, сделал жизнь в России и общественно-политическую обстановку в ней парадоксальной, нелепой, и поколебал власть: «запрещённые» социал-демократы легально заседали в Госдуме, а представители партий порядка и национальной традиции не могли попасть в Думу; депутаты, призывающие свергнуть правительство, регулярно получали жалование от этого правительства; социал-революционеры с 1905 г. регулярно и безнаказанно убивали в России в день от 10 до 18 человек; С.Ю. Витте, председатель Правительства, как и Лев Толстой, считали революционеров- убийц героями, заступались за них; за 1905-06 г.г. эти «герои» сожгли и разграбили около 2000 усадеб, затем они перешли на грабёж банков. Диссиденты и революционеры печатались в легальной печати и тут же обвиняли царский строй в деспотии и несвободе печати. Революционеры-бомбисты многократно покушались на жизнь Царя, П.А. Столыпина, великих князей, губернаторов, генералов и членов русских патриотических обществ, при этом обвиняя свои жертвы в погромах, учинённых революционерами. Все эти и многие другие факты говорили о том, что дух навязанных перемен пришёл в принципиальное противоречие с логосом России.

В этих условиях объединение патриотов было необходимо, как воздух. Духовными окормителями объединения должны были стать священники Русской православной Церкви. Среди активных деятелей Союза русского народа и его отдельных организаций мы встречаем, кроме св. правд. Иоанна Кронштадтского, митрополита Владимира Московского, епископа Антония Волынского, епископа Арсения Псковского, епископа Макария Томского, епископа Евлогия Холмского, епископа Гермагена Саратовского и Царицынского, епископа Серафима, архимандрита Анастасия, протоиерея Иоанна (Восторгова).

Русская Монархическая пария (РМП) находилась под непосредственным покровительством св. Иоанна Кронштадтского. Св. Иоанн лично освятил хоругвь и знамя Союза русского народа.

«Врагам нашим, - говорилось в воззвании Святейшего Синода,- нужно расшатать твердыни наши - веру православную и самодержавную власть царскую. Ими Россия жива, на них возросла и окрепла и без них погибнет». Это воззвание многие русские православные патриоты воспринимали как Синодское благословение на борьбу с деструктивными силами революции, разрушающими Россию и Церковь с помощью бомб, лжи и развращения народа.

Решительная позиция РПЦ и русских патриотов заставила прибегнуть пятую колонну к масштабным провокациям, наглой лжи и подлым убийствам. Здесь можно вспомнить «кровавое воскресенье». Председатель РМП В.А. Грингмут решительно отверг обвинения партии в погромах и беспорядках, как провокационные, и заметил, что «то, что еврейская печать называет погромами, есть реакция людей на насилие над ними». Также 15 января 1905 г. Синод РПЦ обратился с воззванием к чадам святой РПЦ, в котором объяснял, что беспорядки во многом вызваны подкупом революционеров, которым враги России прислали значительные средства. Сейчас мы знаем это доподлинно. Хотя для внимательных людей и в начале 20-го века не было тайной, кто финансирует беспорядки в России. И тогда многим была известна деятельность агентов Немецкого военного штаба, Парвуса, банкиров Шифа и Вайбургов, американских банков, финансировавших Лейбу Троцкого. Журнал «Маккавей», в частности, в ноябре 1905 г. писал в статье «Еврейская революция»: «Революция в России - еврейская революция, ибо есть поворотный пункт в еврейской истории. Положение это вытекает из того обстоятельства, что Россия является отечеством половины общего числа евреев, населяющих мир, и поэтому свержение деспотичного правительства должно оказать огромное влияние на судьбы миллионов евреев.. Кроме того, революция в России - еврейская революция ещё и потому, что евреи являются самыми активными революционерами в царской Империи».

Справедливости ради, надо заметить, что революционерами были не только евреи, были и латыши, и белочехи, и китайцы, и армяне, и грузины, и татары, и поляки, русские и др.

Однако, русские православные люди по своей природе не могли быть лжецами, бандитами, провокаторами, зачинщиками беспорядков и погромов, это противоречило и противоречит богоустановленной сути Православия. Сопоставление православной (русской) идеологии с неправославной идеологией разрушения, лжи и безнаказанности приведено по сути в 10-м псалме Давида:

«Блажен муж, яже не иде на совет нечестивых и на пути грешных не ста, и на седалищи губителей не седе, но в законе Господни воля его, и в законе Его поучится день и нощь. И будет яко древо, насажденное при исходищих вод, еже плод свой даст во время свое, и лист его не отпадет, и вся, елика аще творит, успеет. Не тако нечестивии, не тако, но яко прах, его же возметает ветр от лица земли. Сего ради не воскреснут нечестивии на суд, ниже грешницы в совет праведных. Яко весть Господь путь праведных, и путь нечестивых погибнет.»

Ясно, что этот псалом есть выражение идейного ядра православного человека, и ядра национальной идеи России в целом.

Весьма поучителен и 72-й Псалом Давида убедительно рисующий духовные противоречия России и в конце 19-го века, и в начале 20-го века, как и в конце 20-го, начале 21-го века, также как и отступление значительной части российской либеральной интеллигенции от православного вероучения:

« Я позавидовал безумным, видя благоденствие нечестивых. Ибо им нет страданий до смерти их, и крепки силы их. На работе человеческой нет их, и с прочими людьми не подвергаются ударам. Оттого гордость, как ожерелье, обложила их, и дерзость, как наряд, одевает их. Выкатились от жира глаза их, бродят помыслы в сердце. Над всем издеваются; злобно разглашают клевету; говорят свысока; поднимают к небесам уста свои, и язык их расхаживает по земле. Потому туда же обращается народ Его, и пьют воду полною чашей, и говорят: «как узнает Бог? И есть ли ведение у Вышнего?» И вот, эти нечестивые благоденствуют в веке сем, умножают богатство. Так не напрасно ли я очищал сердце свое, и омывал в невинности руки мои, и подвергал себя ранам всякий день и обличениям всякое утро?

Но если бы я сказал: «буду рассуждать так», - то я виновен был бы пред родом сынов Твоих. И думал я, как бы уразуметь это; но это трудно было в глазах моих, доколе не вошёл я во святилище Божие и не уразумел конца их. Так! На скользких путях поставил Ты их, и низвергаешь их в пропасти. Как нечаянно пришли они в разорение, исчезли, погибли от ужасов! Как сновидение по пробуждении, так Ты, Господи, пробудив их, уничтожишь мечты их ( сегодня для нас это пророческие слова). Когда кипело сердце моё и терзалась внутренность моя, тогда я был невежда, и не разумел; как скот был я пред Тобою. Но я всегда с Тобою; Ты держишь меня за правую руку. Ты руководишь меня советом Твоим, и потом примешь меня в славу. Кто мне на небе? И с Тобою ничего не хочу на земле. Изнемогает плоть моя и сердце мое: Бог твердыня сердца моего и часть моя вовек. Ибо вот удаляющие себя от Тебя гибнут; Ты истребляешь всякого отступающего от Тебя. А мне благо приближаться к Богу! На Господа Бога я положил упование мое, чтобы возвещать все дела Твои».

Сравнивая деятельность и формы её проявления противостоящих друг другу общественных сил в России в начале 20-го века, нужно отметить, что Союз русского народа и примыкающие к нему общества русских патриотов, окормляемые св. праведным Иоанном (Сергиевым), сонмом православных архиереев и подвижников веры, имели предметом своих забот, прежде всего, духовное оздоровление души народа и душ православных чад, потребности народного образования, воспитания и здравоохранения. Внимание же сил революции и террора, сил погрома России было направлено на развращение русского народа, развитие в нем комплекса неполноценности, на грабёж «награбленного», на физическое уничтожение своих оппонентов вместе с Россией и по возможности до основания. И немногие из революционеров поднимались тогда только до телесных забот простых людей. Но и они считали, что частные еврейские погромы страшнее, чем погром всей России.

Современные патриоты из уроков 20-го века должны сделать верные выводы, должны не формально, но сущностно вернуться к Православию и к идеям единения и сплочения нации, её духовного воспитания, образования и укрепления, высказанными Союзом русского народа и святым Иоанном Сергиевым-Кронштадтским.

Примером для современных патриотов должно быть также и объединение РПЦ Московского патриархата и РПЦЗ. Если в своё время РПЦ нашла общий язык со Сталиным, и были открыты Духовные учебные заведения, восстановлено патриаршество; то почему православным патриотам сегодня не объединиться с некоторыми другими патриотами ради будущего России и расцвета Русского монархического государства? О необходимости и возможности этого говорят и итоги голосования народа относительно личности- символа «Имя России». На первом месте в итоге оказался великий благоверный Князь Александр Невский, на втором - Пётр Столыпин, на третьем - Иосиф Сталин. Великий благоверный князь Александр олицетворяет собой, прежде всего, духовность и мужественность русской идеи и силу этой духовности, Пётр Столыпин - ум, практичность и жертвенность русской идеи, Иосиф Сталин - соответствие русской идеи времени, её энергию и способность на великую самоотверженность и героизм. Заметим, что никто из указанных личностей не был западником, никто из них не исповедовал прозападнические идеи, никто из них не считал, что там на Западе всё уже давно придумали, а наше дело насаждать то в России. Заметим также, что ни одна настроенная прозападнически личность в число призёров не попала. Безперспективность в России западнических идей особенно ярко проявляет первостепенный образ вл. благ. князя Александра, который своими блестящими победами над ливонцами, тевтонцами и шведами ясно обозначил главных врагов России и их подлинное лицо.

Несмотря на управляющие воздействия, оказываемые на голосующих менеджерами-постановщиками, народ всё же смог выразить актуальное звучание национальной идеи России сегодня, выразить своё восприятие идеи России через русские имена. Сегодня России, и её народу нужна сильная личность, помазанник Божий, герой и подвижник, чувствующий дух, ум и силу русской веры, русской идеи и русского народа. Нужен подвижник, который сможет возглавить сложную, иерархическую систему, имя которой Россия; сможет оградить её и народ от нечистивых и грешных погромщиков страны, чужебесов - подражателей и фантазеров. Нужен тот, кто не пойдет на совет нечестивых, не сядет на седалище губителей России, не изберёт путь грешных ( извращенцев, воров, обманщиков и предателей), не будет пресмыкаться; но в законе и заповедях Господних будет воля его. И будет тогда Россия, как дерево при полных водах, даст плоды свои во время, и лист её не отпадет, и всё, что созидает, успеет сделать и закончить благополучно.

Кто отрицает сегодня какую-то часть нашей истории, тот - не патриот, тот не хочет будущего для России. Наша история - наша во всей её полноте, и из неё мы должны извлечь общие полезные уроки. Отрицание истории не требует ума, а потому оно безрассудно. Безрассудство же - не путь в будущее.

Литература

1. Святой праведный отец Иоанн Кронштадтский. Воспоминания самовидцев. Изд. «Отчий дом», М. 2004 г.)

Вверх